Передовой отряд погранич­ников


В это время со стороны Минска появилось около десятка немецких машин с автоматчиками. Передовой отряд погранич­ников открыл по ним огонь. Со стороны Минска появились три самолета противника. Они шли на высоте 150—200 м и, круто развернувшись, открыли пулеметный огонь по колонне.

Бывший командир дивизии генерал-майор А. И. Мавричев так описывает момент прорыва вражеского окружения: «Когда появились над колонной немецкие самолеты и стали ее об­стреливать из пулеметов, красноармейцы открыли ответный огонь по самолетам.

Колонна же к этому времени уже расчленилась. Тут про­изошло что-то невообразимое. Вся масса людей, оставив авто­машины, стремительно неслась к шоссе. Все, кто только мог, стреляли по самолетам или автомашинам противника, которые появились со стороны Минска. Один самолет был подбит сразу же. Он упал на луг в сторону Минска. Я проводил его взглядом и тут услышал орудийную дуэль, взрывы, зарево со стороны Минска. Я понял, что это в бой вступила 64-я стрелковая дивизия.

Машины с немцами, шедшие со стороны Минска, резко затормозили: одни давали задний ход, другие пытались повернуть обратно к Минску. Некоторые, свернув в кювет, уткну­лись носом в откос выемки. Солдаты сыпались с них как горох. Одни тут же падали, сраженные нашим огнем, другие пусти­лись бежать, прикрываясь канавами, даже не пытаясь отстре­ливаться. Они попали между двух ураганов. Наши бойцы неслись так стремительно, с такой решимостью быстрее преодолеть это злополучное шоссе, что никакая броня, никакой огонь не в состоянии были задержать их. Тут не было отстающих, не было последних. Каждый готов был своей грудью разбить любую преграду. Даже раненые неслись как птицы. Ураганным огнем были изрешечены и вражеские солдаты, и машины против­ника.

К этому времени два тяжелых орудия на прицепах тракто­ров «ЧТЗ» прошли переезд. Два орудия ПТО (противотанковые) на конной тяге сразу же за переездом развернулись у обочины дороги. Расчет каждого орудия состоял из трех человек. Они мгновенно установили орудия и открыли огонь по гитлеровцам. Я удивился проворству и боевому мастерству этих героев.