Закрепление нашей пехоты на вражеской территории


Командира звена штурмовиков старшего лейтенанта Кузнецова в срочном порядке вызвали на КП. Командир полка указал на карте дорогу, что тянулась к реке, при­казал:

— Необходимо как можно скорее преградить путь фа­шистским танкам и штурмовым орудиям, дать возможность нашей пехоте надежнее закрепиться на правом берегу Днепра. Постарайтесь продержаться над основной целью подольше, сковать врага. Очень важно сейчас для того ба­тальона выиграть время.

Еще раз уточнив местонахождение вражеских танков и штурмовых орудий, Кузнецов направился на стоянку «ильюшиных». Техники и механики уже завершали под­готовку боевых машин. Летчики находились здесь же, не­подалеку от своей быстрокрылой техники.

Посматривая в синее с одинокими, разбросанными вет­ром облаками небо, лейтенанты Алексей Солдатенко, Геор­гий Коняхин и Трифон Куприянов оживленно обсуждали перипетии боя, из которого вернулись только недавно — даже моторы «илов» не успели остыть. Горячие по натуре, друзья умели все-таки сдерживать свой пыл в бою, удары по врагам наносили расчетливо и метко.

Николай Павлович собрал летчиков, коротко объяснил задачу. Лейтенанты уже не однажды летали через линию фронта по этому опасному маршруту. Наносили удары но переднему краю гитлеровцев, штурмовали колонны их тех­ники на дорогах, что вели к линии фронта, к самому Днепру.

По сигналу «Взлет разрешен!» шестерка «ильюшиных» вихрем унеслась в небо. Каждый из летчиков старался строго выдерживать свое место в строю. Экипажи летели на малой высоте, соблюдая для скрытности полное радио­молчание. Саша Ершов, как ведомый командира звена, воздушные стрелки всех «илов» внимательно осматривали небосвод: нет ли в нем «мессеров» и «фоккеров»?

Пересекли широкую, клокотавшую в огне разрывов реку, пронеслись над «пятачком», за который минувшей ночью уцепились наши бойцы. Старший лейтенант Кузне­цов живо представил, как обрадовались пехотинцы, увидев краснозвездные «ильюшины», и как насторожился враг. Впрочем, гитлеровцы тут же открыли по самолетам огонь. Командир звена подал условный сигнал. Штурмовики во­время сманеврировали, и пальба фашистской батареи не причинила самолетам никакого вреда — моторы на них, как и летчиков в кабинах, надежно защищала броня.