Вражеские мотоциклы


Шагая к своему разбитому «петлякову» той же едва приметной тропипкой, Павел услышал вдруг немецкую речь. Остановился, замер. Что это, почудилось? Тихонько подкрался к самолету еще ближе, раздвинул ветви и уви­дел вражеских мотоциклистов. Они были совсем рядом. Невероятно! Как сумели пробраться в такую глушь? Не исключено, что это были те самые гитлеровцы, которых он видел с борта «петлякова».

Каратели, как видно, уже похозяйничали здесь основа­тельно. И в кабинах, конечно, побывали. Теперь они сто­яли возле пикировщика и дымили сигаретами. Пулемета над фюзеляжем Павел не увидел. «Сняли фашисты!» — пронеслось в сознании стрелка-радиста, и сердце его охва­тило такое чувство ненависти к врагам, что он готов был накинуться на них тут же. Накинуться и растерзать на месте.

Стрелок-радист уже и пистолет вытащил, и кулак здо­ровой руки сжал. Но вовремя одумался, остановился. Во-первых, фашистов здесь собралось не менее десятка, и один оп, Павел, как бы ни был силен, справиться с ними не сумеет. Скорее всего получится наоборот. Ведь почти у каждого карателя на груди автомат. Во-вторых, что будет со штурманом, если он, Шевель, не вернется к нему, как обещал, в ближайшее время? Капитан Фунаев тяжело изранен, и передвигаться самостоятельно он не сможет.

Делать здесь старшему сержанту Шевелю было нечего, и он направился к тому самому ручейку, у которого оста­вил Николая Степановича. Ни слова не сказав ему о том, что видел, он уложил штурмана на плечн и двинулся дальше, на запад. Шел, пока не выбился из сил оконча­тельно. Остановился на поляне, у зарослей низкорослого и густого осинника. Здесь-то стрелок-радист и натолкнулся на тех, кого искал.

Партизанский фельдшер оказал Николаю Фунаеву более квалифицированную медицинскую помощь. На руки и ногу наложил шины, дал какие-то лекарства. Но со­стояние капитана оставалось по-прежнему тяжелым. Вся надежда на его здоровый организм.

Шевелю дали оружие, и стрелок-радист, пере­двигаясь вместе с отрядом партизан по лесам, сражался с гитлеровцами так же смело, как и в небе. После каждого боя он неизменно подходил к штурману, ободряюще го­ворил:

— Скоро вырвемся отсюда, товарищ капитан, и домой, на свой аэродром вернемся. Самолет за нами пришлют!