Строй крас­нозвездных «яков»


Близилось время вылета. По указанию Еремина летчи­ки заняли места в кабинах «яков», поднялись в воздух. Пронеслись над линией фронта. Знали воздушные бойцы: встречи с врагом не миновать. В эти напряженные дни битвы у стен Сталинграда слишком тесно было в небе от фашистских стервятников. Уже не раз эскадрилья всту­пала здесь в схватки с гитлеровцами. Поредел строй крас­нозвездных «яков», но летчики не падали духом. Еще яростнее дрались они с врагом на этих воздушных ру­бежах.

Силуэты гитлеровских самолетов увидели почти сразу же за линией фронта. Фашисты держали курс на восток, в сторону, где над землей уже приподнялся краешек запо­здалого осеннего солнца. «Юнкерсы» шли самоуверенно, неторопливо. Их сопровождали «мессершмитты». Летчики насчитали двадцать пять вражеских самолетов. Двадцать пять против семи. Еремин оглянулся, окинул строй истре­бителей. Не оплошают ли ребята в этой очередной схватке? Не должны! Настроение у них боевое. Каждый из них го­тов скрестить оружие с врагом, сражаться с ним до победы.

Капитан Еремин довернул Як-1 в сторону врагов. Се­мерка истребителей решительно атаковала гитлеровцев с ходу, на встречном курсе. Оберегая своих бомберов, «мессеры» накинулись на «ястребков». Опасен был их огонь. Снаряды с бешеной скоростью штриховали воздуш­ное пространство во всех направлениях. Но никакая сила не могла уже сдержать наших летчиков.

Выбрав цель — это был ведущий группы «юнкерсов»,— Еремин прицелился и выпустил реактивные снаряды. Залп оказался настолько мощным и точным, что от вражеского бомбардировщика отлетела плоскость, а мотор его тут же вспыхнул, и «юнкере» сорвался в штопор, почти отвесно понесся к земле. Борис Николаевич с удовлетворением по­думал: «Тот самый пейзаж, что особенно нравится Саше Мартынову. Горячий, удалой парень! Где же он?»

Оглядывая небо, в котором уже начиналась карусель, Еремин увидел самолет лейтенанта Мартынова. Выполнив переворот, Александр оказался в хвосте замыкавшего строй «юнкерса». С близкого расстояния он бил по нему пушеч­ными очередями, пока не «общипал» ему хвостовое опере­ние, и враг упал. «Смело!» — похвалил его мысленно командир эскадрильи.