Сталинградский и Юго-Восточный фронты


Молодой летчик, недавний выпускник военного учили­ща старший сержант Борис Гомолко узнал об этом девизе защитников твердыни на Волге в первый же день прибы­тия в 520-й истребительный авиационный полк. Аэродром полка находился восточнее города, на левом берегу реки. Перечитывая обращение Военного совета Сталинградского и Юго-Восточного фронтов к защитникам города, Борис всеми мыслями был с теми, кто сражался с гитлеровцами на передних рубежах. «И для меня тоже земли на этой сто­роне Волги нет!» — размышлял новичок, ясно представляя те невероятные трудности, которые выпали на долю наших воинов.

В те дни он только и думал о том, чтобы поскорее уле­теть в бой, сразить хотя бы одного фашиста.

К первому боевому вылету Гомолко готовился стара­тельно, по всем требованиям инструкции. Всего один- единственный полет — он был и тренировочный, и конт­рольный — выполнил старший сержант в паре с команди­ром звена лейтенантом Н. В. Харитоновым, и тот дал но­вичку «добро» на боевые задания. Мало того, командир сказал довольному летчику:

— Беру ведомым. Не подведешь?

— Я, товарищ лейтенант, не из робкого десятка.

Ждать первого боевого вылета долго не пришлось.

8 сентября, как и в предыдущие дни, вражеские бом­бардировщики совершали вылет за вылетом. Шли они обычно большими группами. Тысячи тонн смертоносного груза обрушивал враг на город, на рубежи обороны наших наземных войск. Над руинами зданий поднимались облака красной кирпичной пыли и черного дыма.

Получив сведения о том, что на подходе к городу на­ходится очередная группа «хейнкелей», командир полка майор С. Н. Чирва отдал экипажам команду:

— По машинам!

На этот раз он сам возглавил группу из десяти «яков».

Гомолко вскочил в кабину и, включив мотор, вслед за лейтенантом Харитоновым вырулил истребитель к линии старта. На сердце было тревожно: «Как-то сложится он, этот первый бой? Не растеряюсь ли под огнем врага?»

Истребители взлетали парами. Почти одновременно с командиром звена поднялся в небо и Борис. Быстро сориен­тировался, занял свое место в строю. Примерно через пять-шесть минут полета, все еще продолжая идти с набором высоты, Гомолко увидел Волгу. Широко раскинулась пол­новодная, в песнях воспетая русская река. Над самой во­дой — буйные всплески и дымы. Это вражеские орудия и минометы били с закрытых позиций по нашим лодкам, ка­терам и баржам, что переправлялись на правый берег. Гля­дя на эти разрывы, летчик зримо убедился, в какой исклю­чительно сложной обстановке сражались наши пехотинцы.

— Внимательно наблюдай за правой верхней полусфе­рой! — передал Харитонов по радио ведомому.