Панорама белорусской земли


Прямо по курсу показалась деревня. Это был ориентир для разворота и выхода на цель. И едва Махов собрался изменить курс, как увидел вдали, у населенного пункта Горки, аэродромное поле. Между взлетно-посадочной по­лосой и перелеском стояли выстроенные в ряд крылатые машины. Что за самолеты? Откуда они? Еще недавно здесь находились наши эскадрильи. Неужто фашисты прилете­ли? Так и есть: у взлетно-посадочной полосы стояли истре­бители Ме-109. Между ними раскатывали машины обслу­живания, топливозаправщики. Чувствовалось, что гитле­ровцы только-только перелетели сюда, поближе к фронту. Перелетели, вероятно, для того, чтобы прикрыть перепра­вы, воспрепятствовать нашим бомбардировщикам наносить удары по их автоколоннам.

«Как быть?» — задумался Махов. Для того, чтобы при­нять определенное решение, у него оставались считанные секунды. Боевое задание эскадрильи — мост на Березине. Оставить этот мост целым, невредимым, значит, взять на себя всю ответственность за невыполнение задания. Одна­ко же и бомбардировку моста начинать было далеко не безопасно. Фашистские «мессеры» в любое время могут подняться в небо, и воздушный бой с ними станет неиз­бежным. Невыгодный это будет бой. «И мост на реке оста­нется цел, и свои самолеты потеряем»,— рассудил старший лейтенант.

— Курс не менять! — отдал он приказ экипажам.

Теперь уже и Алексей Смирнов, н штурман лейтенант Петр Панасюк видели истребителей, машины врага.

— Бомбим «мессеров»! — распорядился комэск.

Девятка бомбардировщиков подходила к аэродрому

все ближе и ближе. В эти секунды Александра Махова, каждого летчика и штурмана в экипажах тревожила одна мысль: только успеть бы не дать фашистам взлететь! В воздухе с такой массой истребителей экипажам СБ справиться сложно.

Высота полета — 500 метров. Бомбардировщики легли на боевой курс. Строго выдерягавая свое место в строю, лейтенант Смирнов в то же время с предельным внимани­ем следил за самолетом ведущего. Важно было не прозе­вать, когда на самолете командира откроются створки бомболюков и на землю посыпятся ФАБы.

Эскадрилья была уже над аэродромным полем, когда вражеские зенитчики будто очнулись. Загрохотали разры­вы снарядов. Они вспыхивали подобно зловещим молниям рядом, все гуще усеивая небо этакими крохотными и без­обидными с виду облачками. Вереницы светящихся пуль пронизывали воздух, будто шпиговали небо. Они проноси­лись близко, очень близко. Отдельные из них то и дело пробивали плоскости, рвали на них обшивку.