Обнаружение вражеских самолетов


«Яковлевы» вырулили на взлетную полосу, пара за па­рой уносились в огромное небо.

Майор Журавлев и лейтенант Рубцов вылетели на «свободную охоту». Шли на большой высоте, вниматель­но осматривая воздушное пространство. Отсюда они уви­дели выплывавшее из-за горизонта омытое утренними ро­сами солнце. А земля еще оставалась в тени, и над ней медленно проплывали редкие облака.

Ни одного вражеского самолета не появилось. А время полета подходило к концу. Пора было думать о возвраще­нии на свой аэродром. «Свободная охота» не принесла уда­чи. Фашистские летчики не так часто поднимались в воз­дух в такой ранний час.

— Какие будут предложения? — обратился Журавлев к ведомому, словно на собрании.

— Поищем что-нибудь на земле,— ответил Рубцов по радио.— Определенно что-то подходящее найдем!

Так случалось нередко. Если в полете на «свободную охоту» не удавалось обнаружить вражеские самолеты, истребители, подобно «ильюшиным», штурмовали назем­ные цели. Не возвращаться же домой с боекомплектами снарядов и патронов, с теми бомбами, что подвешены под фюзеляжем.

На железной дороге, на перегоне Слоним — Волковыск, Журавлев заметил дымную полосу. Она вихрилась над самой землей. Направил истребитель на нее. Через минуту летчики увидели эшелон. На всех парах он мчался в сторону фронта. Кто знает, что там в вагонах. Можно было лишь предположить: если эшелон шел к фронту, значит, в вагонах находился какой-то военный груз.

— Видишь, как торопится? — спросил Журавлев.

— Прямо как на пожар! — ответил Рубцов.

— Работаем пушками, по вагонам бьем!

«Яки» перешли в пикирование. Особого сопротивления пулеметчиков, охранявших эшелон, не встретили. Пушеч­ные очереди летчиков загремели почти одновременно. В середине состава загорелись два вагона. Было видно, как разбушевавшееся пламя перекинулось на соседние ва­гоны. А поезд, не сбавляя скорости, продолжал движение. Журавлев подумал, что прежде всего, видимо, следовало ударить по паровозу. Впрочем, сделать это не поздно и теперь: боеприпасы еще далеко не исчерпаны. Сбросили бомбы. Не все они угодили в эшелон, но от одной из них состав разорвало на две части.

— А теперь обработаем паровоз! — распорядился Александр Матвеевич, разворачиваясь уже в третью атаку.

Пушечный огонь и на этот раз оказался точным. Сна­ряды изрешетили паровоз. Почти тотчас же он застопорил ход, и над ним заклубилось седое облако пара. С эшелоном было покончено. Никогда уже фашисты не дождутся его на фронте…