Курс к Соборовке


Эскадрилья поднялась в небо в строго установленное время и взяла курс к Соборовке. На маршруте, взлетев со своего фронтового аэродрома, к пикировщикам присоеди­нились истребители прикрытия. Алексей Смирнов тут же сосчитал их: «Четыре пары. Не густо, но все же лучше, чем ничего!» Экипажам было известно, что в эти дни, ко­гда битва на Курской дуге разгоралась с огромной силой, в небе будет тесно от вражеской авиации. В действитель­ности так и оказалось. Еще при подходе к линии фронта в воздухе замельтешили «мессершмитты». Наши «Яковле­вы» сковали их боем, и над передним краем завертелась карусель. Время от времени из нее вырывался пылающий истребитель. Оставляя дымный след, он падал к земле. Го^- рели «мессеры», горели и наши «яки».

При подходе к Соборовке Алексей Пантелеевич заме­тил новую группу Ме-109. Й поскольку наши истребители

отстали, они начали приближаться к строю «петляковых».

— Сомкнись! — скомандовал Смирнов экипажам.

Воздушные стрелки-радисты и штурманы взяли «мес­серов» на прицел, й когда гитлеровцы приблизились, от­крыли по ним плотный огонь. Фашисты отвернули, по­лезли ввысь. Они быстро сообразили, что подступиться к такому строю, не рискуя быть сбитым, невозможно. Не­которое время они кружили в нерешительности на боль­шой высоте, затем начали обстреливать «петляковых» издали. Наши стрелки-радисты и штурманы сохраняли вы­держку и отвечали очередями из пулеметов лишь тогда, когда самолеты начинали сближаться. Они не считали нужным тратить попусту боеприпасы.

Один «мессер» попытался подойти к ведущему пики­ровщику со стороны киля. Этот угол обычно не прострели­вался: хвостовое оперение закрывало обзор. Лишь на мгновение Ме-109 показался из-за киля, и Стратиевский сразу понял, какая опасность угрожала экипажу «петлякова». Фашист готовился открыть огонь. Однако не без­действовал и Натан: обо всем он дал знать командиру.

Алексей Пантелеевич немедля накренил бомбардиров­щик на нос. Хвостовое оперение приподнялось, и Натан, четко увидев «мессера», ударил по нему точной снайпер­ской очередью. Истребитель закачался, отвалил в сторону, затем перевернулся раза три-четыре через крыло и рухнул на землю.

— Прямо по курсу — танки! — снова вышел Смирнов в эфир.