Как уничтожить «мессера»?


Жаль, конечно, что боеприпасов не было. Однако у летчика оставалось еще одно оружие — таран. И Ковзан на большой скорости бросил «ястребок» на вражеский са­молет. Он рассчитывал обрубить ему хвостовое оперение винтом мотора. Но фашистский летчик среагировал на этот маневр: в самый последний момент он отвернул свою ма­шину в сторону.

В этой ситуации Ковзан не нашел иного решения, кро­ме как уйти под фюзеляж «мессершмитта». Расчет был верным. Фашист потерял «ястребок» из виду и повел само­лет спокойнее. Он продолжал полет по прямой, ни на гра­дус не меняя курса.

Уравняв скорость истребителя с Ме-110, Ковзан словно бы спрятался у него под «животом». Враг не мог его ви­деть, «Пусть летит пока своим курсом,— рассудил Бо­рис.— Сейчас я успокою экипаж на веки вечные. Может, и сам разобьюсь, но и фашистам не жить. Этот «мессер» не должен вернуться назад!»

Да, гитлеровец явно потерял «ястребок» из виду. Воз­можно, он полагал, что в баках преследовавшего истреби­теля кончалось топливо, и тот вынужден был оставить Ме-110 в покое. Между тем топливо на Як-1 и в самом деле было на исходе. Значит, нечего больше медлить. Ведь та­кой полет на разных «этажах» тоже далеко не безопасен. Стоило нашему летчику не выдержать скорость, вырваться вперед, и гитлеровский экипаж расстреляет самолет из сво­их пушек. Расстреляет тут же, в упор.

Этот напряженный полет продолжался целых 240 ки­лометров. Время летело стремительно. Пора было снова попытаться протаранить врага. И если Ковзана опять по­стигнет неудача, значит, придется садиться на вынужден­ную где-то в поле. О возвращении на свою «точку» теперь не могло быть и речи: стрелка топливомера приближалась к нулевой отметке. Нужно было торопиться, идти на та­ран. Но как сделать это из такого положения практически? Что предпринять, чтобы гитлеровец снова не уклонился от удара, не ускользнул в последнее мгновение?

Под крылом промелькнула извилистая речушка. Вдали, на горизонте, виднелся город Зарайск. Ковзан сбросил газ, решительно отошел от «мессера» и взял над ним превыше­ние на несколько метров. Затем он приблизился к врагу и снова уравнял скорость. А в следующую секунду лопасти винта уже крошили стабилизатор фашистского истребите­ля-бомбардировщика. Обломки летели во все стороны, гул­ко стучали в остекление фонаря кабины, и Борис чувство­вал, как встряхивало «ястребок».