Данные воздушной разведки


На третий день, уже к вечеру, капитан Нагаев перешел линию фронта. А наутро он был уже в своем полку.

Отдыхал комэск недолго. После полудня он повел груп­пу «ильюшиных» к той самой лесной опушке, где обна­ружил танки. На цель штурмовики вышли точно. Удар по скоплению техники нанесли с ходу, с малой высоты. На лесной опушке заполыхали танки, машины, бронетранс­портеры.

 «Горят, однако! — подумал командир эскадрильи.— На­верное, все-таки это та самая колонна, что шла по дороге к фронту. А может, и не та. Не все ли равно? Главное — горят фашистские танки. И еще как горят!»

Над землей клубился черный мазутный дым.

Эскадрилья «петляковых» шла курсом на запад, чтобы нанести удар по железнодорожной станции. В это время там, по данным воздушной разведки, разгружался враже­ский эшелон с артиллерией и боеприпасами. Пикировщи­ков прикрывали четыре пары «яков» из 434-го истреби­тельного авиаполка. Их вел гвардии старший лейтенант Владимир Орехов.

Серые кучевые облака усеяли небо до самого горизон­та. Сквозь широкие разрывы в них Орехов видел затяну­тую дымкой белорусскую землю, дороги, озера и речуш­ки, петлявшие и по полям, и среди зарослей леса. Видел летчик и полуразрушенные деревушки.

До станции оставалось совсем уже недалеко. И в эту минуту над облаками серебристо сверкнули «фокке-вульфы». Их было четыре пары, столько же, сколько и наших истребителей. Фашисты тотчас же заметили группу на­ших пикировщиков. У них было преимущество в высоте, и они строили заход для атаки с таким расчетом, чтобы ударить по «петляковым» из-за облаков, со стороны зад­ней полусферы. «Яки» поднялись повыше. Летчики вни­мательно следили и за нашими пикировщиками, и за вра­жескими «фоккерами».

Гитлеровцы не кинулись очертя голову в атаку. Они почему-то медлили: возможно, ожидали подкрепление. Ко­гда же эскадрилья Пе-2 приблизилась к станции, готовясь обрушить бомбовый груз на эшелон, фашисты бросились в атаку. Они открыли пулеметно-пушечный огонь с даль­ней дистанции. Такая стрельба не причинила «петляко­вым» ни малейшего вреда. Эскадрилья шла своим курсом.