Бомбардировка моста


Натан почувствовал, как загорелось у него лицо, и он опустил голову. Ему стало понятно все: в тот момент, ког­да шла бомбардировка моста, он замешкался, забыл вы­ключить радиопередатчик, и товарищи, находившиеся на аэродроме, у командного пункта, слышали это «туды твою в бочку» и прочее и хохотали вовсю.

— У комсомольского вожака речь должна быть ясной и чистой,— заметил Егоров.— Учтите это!

Стратиевский извинился, дал командиру слово, что по­добное не повторится впредь никогда…

Весной и летом 1942 года экипажам «петляковых» не­редко приходилось наносить удары непосредственно по траншеям и окопам, по рубежам обороны врага. Они дей­ствовали подобно штурмовикам. Такие удары требовали от экипажа предельной собранности и высокого мастер­ства. На каждый окоп и каждую траншею ведь бомб не напасешься. По ним приходилось вести огонь из пулеме­тов всем — летчику, штурману, стрелку-радисту.

Еще сложнее было наносить удары по опорным пунк­там. Защищая их от налетов «ильюшиных» и «петляко­вых», гитлеровцы не жалели снарядов, и подойти к ним на такой высоте, чтобы можно было отбомбиться поточнее, не всегда удавалось.

Один такой удар по опорному пункту готовился на­нести экипаж лейтенанта Николая Силаева. А штурман незадолго до вылета почувствовал недомогание, и врач не допустил его к полету.

— Давайте своего штурмана,— попросил Силаев Смир­нова.

— Лейтенанта Бондаря, что ли?

— Да. Если можно, конечно.

— А сам он как, согласен?

— Я готов! — ответил Бондарь.

— Если так, не возражаю,— согласился Алексей Пан­телеевич.— К тому времени, когда нашему экипажу на задание идти, вы уже вернетесь. И перекусить успеете, и отдохнуть. Кстати, где он, этот опорный пункт врага?

— На высоте двести и три десятых.

В полдень 22 мая экипаж в составе летчика Николая Силаева, штурмана Григория Бондаря и стрелка-радиста Бориса Тумарева взлетел с аэродрома и взял курс к вы­соте 200,3. Гитлеровцы, судя по всему, особенно дорожи­ли этой выгодной высотой, оборону продумали тщательно. Неподалеку от нее, у подножия и на склонах, находились позиции зенитной артиллерии. В светлое время дня в рай­оне опорного пункта барражировали истребители.

На цель пикировщики вышли одновременно всем зве­ном. Зенитчики, как и следовало ожидать, открыли по ним бешеный огонь. Лейтенант Силаев решил нанести удар с высоты 4000 метров с горизонтального полета. Однако лишь во время повторного захода удалось выполнить при­целивание. На опорный пункт, на его огневые позиции и оборонительные сооружения посыпались первые серии бомб. По вспышкам разрывов штурманы и летчики опре­делили: попадания что надо!