Заброшенные немецкие заводы


Деревянный струг у пристани. Устойчивый, ребристый, с высоко поднятым задорным клювом. Хорошо прила­женные огромные весла кажутся перышками в руках мо­лодого здоровяка. Дай ему волжскую песню в уста, да студенческую майку замени на расписной кафтан, да ря­дом княжну посади — вот вам и Стенька Разин. В самую пору здесь поразмышлять о князьях. У этих берегов собирала кувшинки, катаясь на лодочке, четырнадцати­летняя принцесса Ангальтская, ставшая потом царицей Российской Екатериной Второй. Отсюда до Цербста, вот­чины ее юности, километров тридцать. Там разрушенный американской бомбой четырехугольный замок. Забро­шенное озеро, поросшее осокой, с гордым лебедем на помутневшем зеркале. Об этом пернатом хозяина не­когда праздных мест только и разговоров на струге.

С тем лебедем произошло неожиданное знакомство. В добром настроении подошли к берегу, поманили: «Катя! Катенька! Катрин! Чего взгрустнула? Плыви-ка к нам!» Просто так, шутки ради сказали. Может быть, это была и не Катя, а Гансик. Но сильная, царственно белая птица, повернув к берегу голову, взмахнула могучими крыльями и, осадив волну, устремилась к людям. Пер­вое чувство от неожиданности: не отступить ли в

кусты? Может быть, обида за фамильярность? Но тормоз­нув перед берегом, огромный лебедь широкими лапами ступил на землю. Стряхнул с крыльев каскад воды, гоготнул и подошел знакомиться. Он грустил в одиночестве. Он хотел что-то рассказать.

После разных хлопот и непростых впечатлений встре­ча с цербстским лебедем, как глоток криничной воды. Вот и сейчас на струге словно слышишь его призывный крик: «Человек, защищай, береги природу!» О, да это ж не лебедь! Это надпись на камне. Слова первого немецко­го эколога ангальтского князя Франца. С другого камня вещает Гете, любивший эти места: «Здесь царство кра­соты».

Что возразишь великому поэту? На островах шестьсот ценнейших видов кустарников и деревьев. Ковры цветов. Старинные замки, среди которых — храм богине Флоре. Струг плывет протокой от мостика к мостику. Каждый из них неповторим. Вот «Плавающий мостик». Он соеди­няет берега и может быть просто лодкой. «Белый мост» — ажурная арка. Есть мост «Упавшее дерево».

На «Качающемся мосту» долго подпрыгивают две Вали — Лебедева и Топчиенко. Погожий день — словно осенний сувенир для скоро отъезжающих гостей. В сен­тябрьском солнце есть особенная прелесть. Оно не обжигает — мягко греет.