Развитие сыпного тифа


Сыпной тиф также был распространен среди этих рабо­чих. Вши, разносчики этой болезни, бесчисленное количе­ство блох, клопов и другие паразиты мучили содержавших­ся в этих лагерях. В результате грязных условий содер­жания в этих лагерях почти все восточные рабочие страдали кожными болезнями. Недостаток питания вызы­вал сердечные болезни, воспаление почек и…

В случае болезни рабочие до тех пор должны были ходить на работу, пока они не получали подтверждения лагерного врача о нетрудоспособности.

В лагерях Зойманнштрассе, Грипперштрассе, Герма- ниаштрассе, Капитан-Леманнштрассе и Лехеншуле не было ежедневного врачебного приема. Эти лагеря посеща­лись соответствующими лагерными врачами лишь каждый второй или третий день. Вследствие этого рабочие, не­смотря на свою болезнь, должны были ходить на работу до появления врача.

Я делал все от меня зависящее, чтобы, насколько это возможно, улучшить эти условия. Я настоял на том, чтобы были построены новые бараки, чтобы рассредоточить пе­реполненные лагеря. Несмотря на это, лагеря все еще оста­вались переполненными, хотя и не в такой степени, как раньше. Я попытался улучшить плохие санитарные усло­вия в Кремерплатц и в Лехеншуле, построив временные уборные. Но этого было слишком мало для того, чтобы вызвать изменения условий. Я дал заказ на дополнитель­ные медикаменты.

С началом больших воздушных налетов в марте 1943 г. условия содержания в лагерях все более ухудшались. Проблема размещения, питания и медицинского обслужи­вания стала более актуальной, чем когда-либо раньше.

Рабочие жили в развалинах своих бывших бараков. Использованные, потерянные или уничтоженные медика­менты и бинты было трудно возместить. Случалось, что снабжение водой лагерей прерывалось полностью от 8 до

14 дней. Мы устроили тогда в лагерях несколько времен­ных уборных, однако их было слишком мало, чтобы изменить условия.

После воздушных налетов в марте 1943 г. много восточ­ных рабочих мы поместили прямо на заводах Круппа. Один угол заводского здания, в котором они работали, был отде­лен досками. Рабочие дневной смены спали там ночью, а ра­бочие ночной смены — днем, несмотря на большой шум, который постоянно стоял в заводских помещениях. Я ду­маю, что такое положение продолжалось до прихода американских частей в Эссен.