Работа гестапо


ВАСАГ не считался с возрастом и здоровьем людей. Я нашла повестку, которая обязывала явиться на работу фрау Марию, женщину 1879 года рождения. Чиновни­ками биржи труда она была признана годной к работе. Всматриваюсь в ее фотографию. Морщинистое лицо, уродливо торчащие волосы, тусклый взгляд. Повестка повелевает: «Вы обязаны приступить к работе на заводе ВАСАГ». На обратной стороне повестки — типографский набор: «Внимание! Если не исполните это указание, то получите денежный штраф или будете заключены в тюрьму».

Всеми нарушителями занималось гестапо. Штрафы, тюрьмы, концлагеря, смертная казнь. Заводились осве­домители среди женщин. Доносили они друг на друга.

С отвращением беру из папки подметные листы, будто слышу змеиное шипение: «Настоящим сообщаю о том, что без надлежащего разрешения рабочая Эльза позво­ляла себе в течение сегодняшнего дня заниматься безделием. Хотела бы вас информировать, что с ней была проведена разъяснительная работа и объявлено ей, что в случае повторения такого саботажа она будет жестоко наказана». На этой гнусной бумажонке резолюция ка­кого-то кляйнфюрера: «Так как беседа с фрау Эльзой не имела положительного эффекта, то я препровождаю ее документы в тайную полицию города Дессау для дальнейшей обработки и принятия мер. Хайль Гитлер!»

«Маргарет X. и Рута К.— незамужние. За уклонение от работы приговорены к четырем месяцам тюрьмы. Считаю необходимым прибегнуть к более жестким мерам — концлагерь».

Доносы, доносы, доносы. От них попахивает падалью. Типичный дух фашизма. Но правду никуда не деть!

«Настоящим хочу сообщить об уклонении от работы Герты Р. Ваше предприятие присылало ей требование явиться на работу, но она гуляет. Пышно встречала Новый год и на все мои просьбы вернуться к работе и выполнить свой долг отвечала отказом. Все ее причи­ны смехотворны. Почему она отлынивает от работы? Прошу сохранить мое обращение в тайне. Семидесяти­летняя владелица дома фрау Мария Ф. Хайль Гитлер!»

Рядом с этой кляузой, трудно поверить, подколото к гестаповскому делу заявление матери этой девушки: «На прошлой неделе я посетила свою дочь фрау Герту, живущую в Виттенберге. Мне рассказали, что моя дочь часто пропускает работу. Я обращаюсь к фирме с прось­бой привлечь мою дочь к принудительному труду. Надо дать понять ей, что речь идет о Германии. Прошу неза­медлительно исполнить мою просьбу».