Профессиональ­ные революционеры


Позади кручи днепровские. Рогачев, Славгород (быв­ший Пропойск), Чериков, Краснополье. Кустарники да меленькие речушки. Ухоженные, но небогатые поля. Сре­ди скромной природы Костюковичи. С гордостью вещает путеводитель местного музея: «С 1929 года—район сплошной коллективизации».

Видно невооруженным глазом, сердцем догадыва­ешься, что главное здесь богатство — люди. Светлогла­зые, улыбчивые. Готовые вмиг поделиться радостью и печалью. Прийти на помощь тому, кому трудно. Недаром столько настоящих людей подарил стране этот скромный уголок Белоруссии. Пантелеймон Лепешинский, по кличке Лапоть, вышел отсюда в большую жизнь. Профессиональ­ный революционер, друг Ленина, выдающийся педагог. Из Костюковщины братья Бонч-Бруевичи — государствен­ный деятель и боевой генерал. Здесь впервые почув­ствовал, что он — жаворонок народа поэт Аркадь Куле­шов. Счастье какое, что Аркадь Александрович — наш современник. И сейчас он пришел к нам на помощь. Слышится голос его живой. Строки, нужные нам, помога­ющие. Только он говорит: «Прощай, Алеся…» А мы гово­рим: «Здравствуй, Надя Маргелова!». Где тропкой росстани зеленые колосья Моя безбрежная баюкала печаль.

Ушла за тихие далекие просторы Звездой рассветною, что меркнет в синеве.

Души покинутой горячие укоры Слезой холодною застыли на траве.

Улица Вокзальная, дом 36. Здесь живет Алена Марге­лова, сестра Надежды. Небольшого росточка, чуть рас­полневшая с годами. Очень подвижная, смешливая. Не зная, кто и что — с распростертыми объятиями. Глянула на карточку Надежды и залилась слезами. Ноги подкоси­лись. Села на табуретку. Лицо — к фотографии. Поцело­вала. И начала говорить-приговаривать:

«Так это ж вот Надька наша. Божечки, похудевшая. Глазками будто плачет. Что с ней, люди добрые? Платьечко на ней. В нем из дома уходила. Как сейчас помню… Надька, Надька, за нас, малых, все муки приняла. Где же могилка твоя?..».

В дом зашли муж ее, Михаил Григорьевич, соседи. Весть о Наде ошеломила всех. Рассказываем, что сообщи­ла нам Роземари Канопка. Кладем на стол карточку ге­стапо под номером 5630. Сердце Надино не выдержало испарений ВАСАГа. Похоронена на окраине Косвига. Ее помнит бывшая санитарка лагеря Гильда Френкель. Вот строки из ее воспоминаний: «Проводить Маргелову на кладбище никому из ее подруг не разрешили. Вывезли на повозке, похоронили ночью. Эта голубоглазая страда­лица в сердце моем навсегда».