Приближение дня освобождения


В медпункте дежурили двое — старый фельдшер и медсестра. Я спросила: «Есть ли перевязочный матери­ал?» Отвечают: «Есть в подвале».— «Чего стоите? Будем перевязывать!» И начали спасать они своих, я — своих, пока не приехали машины «скорой помощи». Тяжело раненных эвакуировали в госпиталь для иностранцев. В конце мне и самой стало плохо, весь халат был в крови. Из пироговских девчат тяжело ранило Клыпу Марию (перелом бедра). Сейчас живет в Пироговке. Меня даже не царапнуло. Причину взрыва назвать трудно. Воз­можно, кто-то умышленно или случайно неправильно взвешивал керберы — взрывоопасные детали…

Пришлось мне снова идти в полицию, просить разре­шения на встречу в госпитале с ранеными друзьями. Пошла и к фрау поварихе выпросить что-либо для них. К удивлению, не прогнала, как обычно, а выслушала и дала огурцов, яблок и печенья. Между прочим, ее боялся сам Бохман. Но вдруг подобрела. Кстати, потом она стря­пала неплохие обеды для персонала советской коменда­туры.

Близился день освобождения. Лагерю приказали го­товиться к эвакуации. Все боялись, говорили, что в неко­торых лагерях таким образом расстреливали людей. В один из дней нас выстроили и погнали в противополож­ную от Эльбы сторону. Я оставалась в лагере с больными после взрыва. На другой день все вернулись благопо­лучно. Идти было некуда.

На второй день в лагере не оказалось охраны. Но выходить все боялись: а вдруг засада. Около десяти утра увидели, что по дороге движется какая-то колонна. «На­ши!» — крикнул кто-то. Все ринулись навстречу, забыв об опасностях. Но оказалось, то были американцы. Они уго­щали девушек конфетами, не обижали. К обеду в лагерь приехали два наших мотоциклиста. Организовали митинг. Никто не скрывал слез радости.

В Косвиге создали советскую комендатуру. Меня пригласили туда работать в качестве переводчицы. Вос­станавливался порядок в городе, заработала электростан­ция, налаживалось питание для населения, заработал пересыльный пункт для репатриантов. Открылась больни­ца. Торжественно освободили политзаключенных из тюрьмы. В комендатуру пришли немцы-коммунисты. Они готовы были помочь в любом хорошем деле. Конечно, возникали и недоразумения. Представители комендатуры спокойно во всем разбирались.