Какие условия были в немецких лагерях?


Кормили, чтоб ноги не протянули. Одевали, чтоб стыд прикрыть. На ноги выдали колодки деревянные, как лодки на воду, можно плавать. А труд не по нашей детской силе. В общем, выжимали из нас все, что могли. Ясное дело — рабы дармовые. А мы еще кормили их клопов, которые тучами поселились в наших бараках.

Мастер ходил по цеху и кричал: «Рус, работай». Чуть что — «русиш швайне», и даст подзатыльник. С жи­телями Косвига никакой связи не имел. Рабочие-немцы были разные, один сунет кусок хлеба, но так, чтоб не видел другой немец. Было очень строго, чтоб с рус­скими — никаких отношений. Но таких было мало, в ос­новном гады, особенно те, у которых кто-то погиб на русском фронте. Те готовы разорвать, особенно жен­щины.

В бараке стояла печка железная. Топили как могли. С голодом научились бороться: немного доставать, воровать, пока кто не попался. Попался, то, считай, про­пало.

Весной и летом 1943 года немцы втихаря начали поговаривать: «Гитлеру капут». Очень строго было насчет таких новостей. Они друг друга боялись. А тут взрывы пошли на заводе. Первый был небольшой, взорвалась мельница, которая перемалывала брак. Тогда погиб Жора, фамилии не помню, но сам он был из Киева. Потом взорвалось четыре цеха, в которых изготовляли противопехотные мины. Погибло много людей всех национальностей. Прошел слух, что взрыв совершил какой-то капитан без ноги. После взрыва его не стало. Никто не знал, куда делся. На том месте, где стояли цехи,— ничего, одни ямы с водой.

Меня лично спас француз Жорж. Полуживого вытащил из развалин. Он часто всех нас угощал конфетами, которые получал в посылках от Красного Креста. Хоро­ший парень! С ним бы теперь повидаться!

Подкармливался дополнительной работой. Приходил немец в лагерь, давал расписку, брал с собой человека, тащил домой копать огород, в общем, по хозяйству. Кое-как кормил. Вечером приводил в лагерь и сдавал, как скотину.

С родиной немного держали переписку, присылали табак. Его меняли на продукты, одежду. Конечно же, тайно. Если узнают, то даже немцу будет «табак». Про­бовали совершать побеги, но расплата за это была же­стокая: ловили, били, отправляли в концлагерь.