Советские песни в тюрьме


Не раз заключенные слышали, как из одной тюремной камеры доносились советские песни — это пела наша Та­мара Русова. И только когда в камеру врывались гитлеров­ские каты и избивали ее до потери сознания, песня обры­валась.

И в последний свой час, ранним летним утром 1943 го­да, идя по тюремному двору к «душегубке», избитая, почти нагая, она пела советскую песню. Ее звучный, мужествен­ный голос проникал сквозь решетки камер, а легкий вете­рок подхватывал его и выносил на улицу родного города…

Так наша Тамара Русова с комсомольской песней и прошагала гордо но жизни!

Теперь, когда я встречаюсь с молодежью и делюсь с ней своими воспоминаниями о тех страшных, но и пол­ных героизма годах смертельной борьбы с фашистскими поработителями, говорю ей, что лично знал таких, как герои-краснодонцы, увековеченные Александром Фадее­вым в его книге «Молодая гвардия». Наш Гриша Родио­нов — это Олег Кошевой, Таня Карпинская — это Уля Громова, Ваня Лысикович и Леня Лорченко — это Сергей Тюленин, Тамара Русова — это Люба Шевцова.

В сентябре 1941 года к Карпинским зашел молодой человек лет 29, выше среднего роста, правильного сложения, чернявый, с бородкой нерусского типа. На голове фуражка сероватого цвета, синие не по росту штаны, черная рабочая рубаха, на босу ногу стоптанные сандалии. Одежда и обувь сильно измазаны мазутом. По-русски го­ворил правильно, но с некоторым кавказским акцентом.

Кто же он?

Перед войной комсомолец Аврам Гаврилович Зоциев служил в армии старшим врачом 38-го тяжелого гаубично-­артиллерийского полка 38-й танковой дивизии. В первых оборонительных боях с немецко-фашистскими захватчика­ми получил ранение и через некоторое время оказался в Могилеве. Знакомая Ольги Николаевны попросила ее вре­менно приютить Зоциева. Там, где он жил раньше, ему оставаться было опасно.

Вскоре на квартире у Карпинской Зоциев познако­мился со своим земляком Ильей Гавриловичем Гуриевым, и с тех пор между ними установилась тесная связь.