Сбор оружия и боеприпасов


Старались не отставать от парней и сестры Рая и Женя. Особенно изобретательны были они при распространении листовок и выполнении заданий по разведке.

А Ваня, помнится, получая от меня нашу «печатную продукцию», всегда настойчиво просил:

— Давайте побольше. Ребята требуют…

Не забуду, как он остался доволен, просто не верил своим глазам, когда читал в маленько?! нашей подпольной листовке «За Советскую Родину» свои стихотворения. К сожалению, они не сохранились, но я помню, что это был страстный призыв к молодежи не давать пощады фа­шистским захватчикам. Вот где пригодились его литера­турные способности. Кто знает, может быть, в нем зрел настоящий поэтический талант?..

Важнейшим заданием этой группы был сбор оружия и боеприпасов и сохранение их в надежных тайниках. Дело в том, что после боев за Могилев оно осталось во многих местах и особенно в районе авторемзавода и аэродрома. Надо было спешить, пока оккупанты сами не собрали его. Ваня и его друзья хорошо знали город и окрестности, все ходы и выходы, что называется, каждую дырку в заборе. Себе в помощь они привлекли знакомых пионеров, школь­ников. Эти ребята оказались очень находчивыми и исклю­чительно надежными.

Однажды Родионов предложил Груденкову:

— Нужно узнать, где еще есть патроны и оружие.

И тогда Володя Груденков и Саша Зайцев ночью про­брались по оврагу Струшни на так называемое польское кладбище. Им пришлось там порядком пошарить, пока нашли пять оцинкованных ящиков с патронами и пять винтовок. Передали все это Родионову, а тот вместе с Ми­шей Фроловым и Петей Фурсовым переправили парти­занам.

Вскоре Лысикович сообщил мне, что в районе мясоком­бината и сушильного завода ему удалось найти три ручных пулемета, чем он был очень доволен.

И хотя сбор оружия и боеприпасов по-прежнему оста­вался опасным делом, мы от него не отказывались. Слож­ность состояла еще и в том, что все собранное необходимо было переправить через Днепр из Луполова в предместье Подниколье. А как это перевезти, если лодки гитлеровцы конфисковали уже в первые дни оккупации.