Провал в могилевском городском подполье


А В. П. Шелюто и Д. И. Дервоедова наши люди успели своевременно предупредить. Когда гитлеровцы явились к ним на квартиры, их и след простыл. Шелюто ушел в Чаусский район, в партизаны, а Дервоедов — в Шклов­ский.

Нас очень насторожил арест: кто же виновник провала? Довольно скоро выяснилось, что один из этой группы сво­бодно разгуливает по городу и в пьяном виде ехидно пох­валяется:

— Вот я ловко передал компанию красных бандитов!

Этим подлецом оказался провокатор, как раз тот нови­чок, которого в июле приняли в группу. До войны он тоже работал на шелковой фабрике. Его посчитали своим чело­веком. Отсутствие строгой конспирации и недостаточная бдительность некоторых товарищей дали возможность провокатору узнать о делах группы и ее личном составе.

Это был крупный провал в могилевском городском подполье. Кроме того, мы в связи с этим лишились еще двух очень активных товарищей: В. П. Шелюто и Д. И. Дервоедова.

Забегая вперед, хочется сказать, что Владимир Петро­вич Шелюто после освобождения территории наступаю­щими войсками Красной Армии ушел на фронт и погиб в Восточной Пруссии.

А вот наш художник Даниил Иванович Дервоедов сам допустил роковую ошибку. Избежав ареста и уйдя в Шкловский район, он вскоре решил вернуться в город, заглянуть на свою квартиру но улице Плеханова, 13. Тут его и схватили каратели, которые еще не сняли засады.

Перед этим один наш общий знакомый встретился с ним в городе. На вопрос, почему он опять появился в Мо­гилеве, Дервоедов ответил, что ему необходимо забрать медикаменты и бинты (у него кровоточила нога), а также узнать сводку о положении на фронтах.

Но, несмотря на пытки в фашистском застенке, Дервоедов не выдал боевых товарищей, оставшихся на воле. Гитлеровцы некоторое время сохраняли ему жизнь, зас­тавляя писать их портреты. Когда же Даниил Иванович наотрез отказался выполнять этот приказ, фашисты казни­ли его.

Вскоре после ареста патриотов из группы шелковой фабрики гитлеровцы провели у себя совещание. Обсуж­дался вопрос, как выловить в городе подпольщиков и пар­тизанских связных. Эти сведения передал мне П. И. Кри­севич, у которого хороший знакомый то ли работал в кара­тельных органах оккупантов, то ли имел связь со сведущим человеком оттуда. Вот он иногда сообщал Павлу Ивановичу заслуживающие нашего внимания новости.