Подпольная газета «За Советскую Родину»


Когда же через некоторое время в нашей маленькой подпольной газете «За Советскую Родину» мы напечатали его обращение к советским гражданам, к интеллигенции со страстным призывом беспощадно бороться с фашист­скими катами, Заустинский сказал:

— Я очень тронут. Никогда еще в жизни не приходи­лось мне обращаться с такими словами к нашим людям.

Я слушал его и чувствовал, с каким благодарным вол­нением и гордостью говорит он. Для Антона Платоновича было характерно восторженное восприятие всего, что относилось к борьбе с оккупантами.

Как-то в июне 1943 года Заустинский, встретив зна­комую учительницу Анну Александровну Минаеву, ра­достно обратился к ней:

— Ну, как вам нравится? Есть у нас авиация! Вот какого жару дали наши соколы этим самоуверенным «ос­вободителям»!

Эта встреча и разговор состоялись вскоре после май­ской бомбежки советской авиацией военных объектов оккупантов в Могилеве.

По-видимому, сведения, собранные подпольщиками и партизанами и переданные Красной Армии, оказались полными. Советские летчики сразу же подавили огонь немецких зенитных батарей и нанесли точный удар по важным объектам врага.

Я находился в это время в отряде за рекой Друть, на расстоянии примерно 50 километров от Могилева. Радость переполняла наши сердца, мы верили в скорое освобож­дение от оккупантов.

До этого в Могилеве гитлеровцы бахвалились, что Красная Армия ослаблена и советская авиация уничто­жена. Теперь же, смертельно напуганные бомбежкой, они каждый вечер, не рискуя оставаться в городе на ночь, с наступлением сумерек поспешно уходили и уезжали в деревни и рощи. А там партизаны совершали на них дерзкие налеты. В этом им помогали наши подпольщики: сообщали о местонахождении фашистов.

Полагаю, и Заустинский тоже радовался удачной бом­бежке, потому что считал себя в какой-то степени при­частным к этому. Он собирал и передавал разведданные о размещении штабов, воинских частей и оборонительных сооружений гитлеровцев и часто спрашивал у меня:

— Так почему же наша авиация не бомбит их?

Но вот летом 1943 года, возвратившись из Могилева после выполнения очередного задания, Женя Слезкина сообщила мне, что посетила Заустинских. Антон Плато­нович рассказал ей о слежке за ним. Женя предложила немедленно уходить из города, но он ответил, что должен добыть еще один очень ценный материал по разведке. Это был уже чрезмерный риск.