Патриотизм не вызывал сомнений


В это время гитлеровцы зверствовали, расстреливали коммунистов, активистов Советской власти, командиров и политработников, ученых, евреев. На опушке леса, где сейчас газовый завод, они вырыли огромные ямы, затем на машинах возили туда людей. Однажды женщины недалеко копали картофель и видели, как фашисты привезли ма­шину мужчин, раздели их догола и расстреляли. В другой раз привезли несколько машин, выгрузили всех, загнали в ямы живыми и начали туда бросать гранаты, потом присы­пали сверху землей. Это было жуткое зрелище.

Серафима Васильевна с ее чистой душой всем сердцем возненавидела этот «новый порядок», о котором трубили оккупанты, и ушла работать в подполье. После отъезда из Боровки ее больше там не видели. Но к ней ходила в город комсомолка Аня Коробцова, приносила листовки и распро­страняла их.

Несколько слов об Анне Михайловне Коробцовой. Ро­дилась она в деревне Малая Боровка Могилевского района. В 1941 году окончила 7 классов Боровской вечерней шко­лы. Во время оккупации жила у своей бабушки в Большой Боровке. По поручению Команской она распространяла наши листовки и сводки Совинформбюро среди населения близлежащих деревень, вела разведку, осуществляла связь с подпольными группами и партизанами, оказывала по­мощь военнопленным в побеге из лагерей. И хотя делала много и хорошо, но ей казалось, что способна на большее. Поэтому неудержимо проявляла инициативу.

Две советские патриотки — учительница Серафима Васильевна Команская и ее ученица Аня Коробцова — оказались достойными соратницами в борьбе за Советскую Родину.

Обычно мы с Павлом Ивановичем Крисевичем подбира­ли и поручали Команской самые ответственные задания, и не помню случая, чтобы она отказалась от выполнения их. Так, она не раз ходила в Шкловский район с целью раз­ведки и налаживания связей с партизанами.

Благодаря самообладанию, выдержке, способности быстро ориентироваться Серафима Васильевна находила выход из, казалось бы, самой безвыходной ситуации. От­правляясь в Шкловский район, несла туда иголки, нитки, чулки, платья, мыло — как будто для обмена в деревне на продукты питания. Кое-что из этого она действительно обменивала и в то же время встречалась со связными пар­тизанской бригады Г. А. Кирпича «Чекист».