Наказание немцев


С другой стороны, нам очень кстати иметь своего человека и па радиостанции. Важно знать, как и кем фабрикуется ложь для передач по радио, где размещают­ся оборудование, аппаратура, какая там система охраны. Эти сведения постараемся передать в Москву. Может быть, советская авиация разбомбит этот «голос»? А воз­можно, сами или с помощью партизан сумеем совершить диверсию на радиостанции. Одним словом, дело нужное.

Начал убеждать Таню идти работать диктором. Она хоть и сдерживалась, но слезинки скатывались но ее щекам и падали па белый носовой платочек. Все время повторяла:

— Не могу. Не могу передавать их фашистскую брех­ню, эту грязь на наш народ. Еще скажу, что о них думаю…

— Знаешь, Таня, для пользы нашего дела надо везде работать и крепко держать себя в руках. Иначе не только подведешь себя… А придет время, наши люди узнают кем ты была is эти тяжелые дни.

Скрепя сердце, Таня согласилась работать на радио­станции. Много ценного узнала она там, а главное — кого из предателей оккупанты привлекают для состав­ления текстов передач, откуда черпают нужную им ин­формацию.

Однажды но городской радиосети передали простран­ное сообщение о поездке белорусских крестьян в Восточ­ную Пруссию для ознакомления с культурным ведением сельского хозяйства. Таня рассказала мне, что па самом деле никто никуда не ездил. Все это ловко сфабриковали на месте, в Могилеве. Гитлеровцы собрали свои старые журналы о сельском хозяйстве, сделали соответствующую выборку из них, составили в виде отчета о поездке под названием «Что мы видели своими глазами» и поручили каким-то своим подставным подручным прочитать но радио сфабрикованные опусы.

Вскоре произошло очень важное событие. В городе неожиданно появился партизанский связной и через хо­зяйку квартиры, у которой он остановился, пригласил к себе Ольгу Николаевну. Повидавшись со связным, Кар­пинская пришла ко мне на Луполово и сказала, что пору­ченец партизан ждет меня. Я собрался, и мы вместе направились на улицу Подвальную. Когда мы подошли к нужному нам дому, она объяснила, в какую дверь за­ходить. Мне не понравился подход к дому: нужно идти по открытой площадке, со стороны хорошо видно, кто п куда идет. Кроме того, зачем мне показываться незна­комой хозяйке квартиры. Достаточно уже того, что она узнала адрес Карпинских и познакомилась с Ольгой Ни­колаевной. Поэтому заходить в дом я не решился. Кар­пинская чуть позже передала связному предложение встретиться со мной у церкви в предместье Подниколье. Там мы и поговорили.