Московский институт журналистики


Прошло несколько дней. Лысикович все-таки ко мне обратился с просьбой посоветовать, куда ему лучше посту­пить учиться. Я поинтересовался, а куда бы он сам хотел.

— В Московский институт журналистики,— отве­тил мне.

Да, это ему подходило. Правда, у него со зрением не­важно.

Подал документы, допустили к вступительным экзаме­нам, поехал их сдавать. А через три-четыре дня возвратил­ся из Москвы.

— Уже сдал?

— Нет, Казимир Юльянович. Выгнали.

— Почему?

Поругался с экзаменаторами. Ректор вызвал и го­ворит: «Вот что, дорогой, нам грубияны не нужны, заби­рай документы п возвращайся в свой Могилев».

— Это тебе, Ваня, еще один урок,— говорю ему.— Опять вылезло твое поведение, а ты обиделся на меня.

— Да, вы были правы. Приходится расплачиваться.

Тут мне пришла мысль.

— Слушай, Ваня, ты, по-моему, увлекаешься и исто­рией?

— Да, это тоже мой любимый предмет. А что?

— А то, что Могилевский пединститут объявил набор па девятимесячные курсы по подготовке учителей исто­рии для сельских семилетних школ. Поступай, порабо­таешь учителем, а там будет видно.

— Пожалуй, стоит попробовать,— согласился он.

Прошло несколько месяцев учебы, и Ваня, уже студент

пединститута, опять обратился ко мне за советом. По линии педагогической практики ему предстояло провести урок по истории в 6-м классе одной из городских школ. Ваня волновался. Мы тогда с ним обстоятельно побеседо­вали. И, видимо, не безрезультатно. Первый учительский шаг у него получился довольно удачным.

И вот теперь мы снова встретились с Ваней Лысиковичем, но уже в военное время. Он очень переживал, что из-за слабого зрения его не взяли в армию.

— Но ты и здесь можешь бороться с врагом,— гово­рю ему.

— А кто же будет командовать?

— Мы сами, совесть наша. Коммунисты и комсомоль­цы. Ты же комсомолец?

— Ну, конечно, от этого звания я никогда не откажусь.

— Так и собирай такую же братву, как сам. Только действуй осторожно, горячку не пори…

— И вы доверяете мне такое дело?

— Да, Ваня, иначе не предлагал бы.

Мое предложение и доверие, оказанное ему, Ваня вос­принял с искренней благодарностью п как особо важное поручение. В дальнейшем он оправдал это доверие.

Прошло немного времени, Ваня и его друзья комсо­мольцы Гриша Родионов, Миша Фролов, Жан Чикото, Во­лодя Гаврилов и другие уже начали действовать.