Гитлеровские захватчики и наши подпольщики


Наши подпольщики Н. В. Барановский и Юлий Лив­шиц (Линкус) ушли в партизаны. Но часто приходили в город уже как связные и разведчики. Об этом, видимо, узнали в СД и пытались их поймать.

Трудно сказать, то ли девочке Нине наши товарищи не попались на глаза, то ли чувство советской школьницы не позволило ей выдать патриотов. Она, несмотря на задаб­ривание, ничего не сказала и никого не опознала.

Несколько лет тому назад, посещая бывшие явочные квартиры наших подпольщиков, мы с И. П. Станкевичем зашли в дом В. М. Процкого по улице Володарского, 9. Жена его, Ольга Демьяновна, и дочь Луиза Владимировна рассказали нам, как после ареста Процкого фашисты произвели в их доме и во дворе тщательный обыск. С каким злорадством и ликованием гитлеровские ищейки извлекли тогда из погребка в дровяном сарайчике исправные радио­приемник и электрический аккумулятор.

— Коммунист, слушал Москау. Совинформбюро слушал и говорил другим человек,— злобно повторяли они.

Так гитлеровские захватчики неистовствовали, все­возможными способами, угрозами расстрела пытались лишить нас возможности слушать голос Советской Родины.

Владимир Миходьевич Процкий хорошо знал, кем он рискует, но, несмотря на это, исполнял свой долг комму­ниста, советского патриота и отдал жизнь за Родину.

И еще об одном члене этой подпольной группы хочу рассказать. Помнится, осенью 1941 года учительница Анеля Феликсовна Чулицкая сообщила мне, что на Кир­пичной улице недалеко от ее дома проживает коммунист Максим Васильевич Шпак. Уроженец Могилева, из семьи рабочего, сам рабочий-железнодорожник, действительную служил на Балтийском флоте, окончил Ленинградский коммунистический университет, избирался секретарем Луполовского райкома KII (б) Б в 1929 — 1931 годах, пар­торгом ЦК ВКГ1(б) на Днепровско-Двинском речном па­роходстве, на XIV съезде Компартии Белоруссии канди­датом в члены ЦК. Что и говорить, завидная биография.

Я тогда попросил Анелю установить с ним связь в надежде, что он окажет нам помощь. В дальнейшем по­сылал ему через Чулицкую сводки Совинформбюро и наши листовки. Каждый раз Максим Васильевич подолгу бесе­довал с ней, расспрашивал о подполье, советовал, как лучше вести борьбу против оккупантов, напоминал, что необходимо учиться этому, изучать большевистское под­полье. Анеля подробно передавала мне содержание их бесед.