Борьба с тифом


Кроме борьбы с тифом мы задумали еще одно важное для подпольщиков дело. Вскоре над входом в здание ин­фекционного отделения по инициативе Зоциева появилась большая вывеска на немецком и русском языках: «Флек фин бер кранкен хауз — сыпнотифозная больница». Эта устрашающая вывеска отпугивала немцев. Они боялись сыпного тифа больше чумы.

Зоциев и Гутиев поселились в одной из палат больни­цы. И сюда, на эту своеобразную явочную квартиру, на связь с ними приходили я, Гуриев и другие товарищи. Так мы использовали малейшую возможность в целях конспи­рации. Однако, хотя это в какой-то степени спасало нас от фашистских ищеек, вместе с тем мы подверглись опасности заболеть тифом.

Здание тифозного отделения находилось в переулке позади кинотеатра «Родина». Однажды я зашел к Зоциеву. В углу довольно большой палаты стояла железная койка, застланная стареньким байковым одеялом, рядом с ней — больничная тумбочка и табуретка.

— Скажите, а тут не ползают эти разносчики? — спро­сил его.

— Думаю, не должны, хотя гарантии нет, все может быть.

Подошли к окну.

— Смотрите, Аврам Гаврилович,— обратился к не­му,— вон там, через улицу наискосок, на углу, здание из красного кирпича — его называют домом Буденного. Так теперь в нем помещается какой-то армейский штаб немцев. Вам с Гутиевым еще одно задание: узнать, что это за штаб, следить за тем, кто сюда приезжает, какие номера и опознавательные знаки на их автомашинах.Разведданные не записывайте, передавайте мне обычным путем — устно.

— Сделаем все возможное. Мы уже обратили внимание, что туда каждый день прибывают офицеры, видимо, коман­диры разных воинских частей.

Таким образом, «квартиру» Зоциева мы использовали и как наблюдательный пункт в целях разведки.

На всю жизнь запомнилось тяжелое «зрелище» — казнь, которую мне довелось видеть. Как-то в марте

1942 года Ольга Николаевна Карпинская спросила у меня, согласен ли встретиться с товарищем, который хочет уста­новить связь с «Комитетом содействия Красной Армии».

— А кто этот товарищ? — спрашиваю.

— Фамилия его Рыжков, человек надежный.

— Ну что ж, подумаем. А пока присмотритесь к нему повнимательнее, не спешите.