Танк «Боевая подруга»


Когда гвардии полковник Нестеров и сопровождав­шие его офицеры подошли к танку с надписью на башне, у машины, став по стойке «смирно», воин-танкист отра­портовал:

— Механик-водитель танка «Боевая подруга» гвар­дии сержант Октябрьская. Машина в полной исправ­ности.

Услышав женский голос, командир бригады на мгно­вение даже опешил. Женщины в бригаде были. На раз­ных должностях. Но в танковом экипаже, да еще механи­ком-водителем… Такого случая не помнит. Что же по­будило эту женщину сесть за рычаги танка? Кто она такая? Подошел ближе:

— Здравствуйте, гвардии сержант Октябрьская. С прибытием к нам в бригаду.— И, видя, что механик- водитель все еще стоит по стойке «смирно», добавил:

— Вольно!

Перед офицерами стояла стройная женщина лет со­рока.

— Товарищ полковник, разрешите обратиться?

— Слушаю Вас!

— Кто будет команди­ром танка «Боевая подру­га»?.

— Младший лейтенант Чеботько.

На следующий день пол­ковник Нестеров пригласил к себе Марию Васильевну. Усадив ее за стол, начал трудный для него, коман­дира, разговор.

— Мы с начальником политотдела бригады хоте­ли бы узнать, почему танк называется «Боевая подру­га»? Почему Вы стали механиком-водителем? Ведь это не женская специаль­ность, тем более на войне. И почему именно на этой боевой машине?

— Родилась я в Крыму,— начала рассказ Мария Васильевна.— Училась в деревенской школе. Трудовую жизнь начала в Симферополе. Работала на консервном заводе, потом на телефонном узле. Вышла замуж. Мой Илья Федорович был военным, политработником. Неза­долго до начала войны его назначили комиссаром полка, который располагался неподалеку от западной границы. Здесь научилась стрелять из нагана, винтовки, пулемета, водить автомашину, изучила санитарное дело. Но меня влекло к боевой технике. В первый же день войны наша часть вступила в бой. Воины мужественно дрались с врагом. Женщин и детей срочно эвакуировали в тыл. Ехали поездом. И вот тогда я увидела лицо фашизма — самолеты с черными крестами на крыльях бомбили наш эшелон. Я видела падающие с воем бомбы и беззащит­ных людей, изуродованные осколками тельца младенцев, обезумевших от горя матерей. Я долго не могла прийти в себя, а когда опомнилась, дала слово, где бы ни была, не жалеть сил своих для разгрома фашистов…