Канун Орловско-Курской битвы


Наконец Поповой повезло. Весной 1943 года ее на­правили на краткосрочные курсы командиров взводов разведки. Началась напряженная учеба. Курсанты от­рабатывали приемы рукопашного боя, учились бесшум­но передвигаться по местности, ориентироваться, метко стрелять, владеть вражеской техникой и оружием, радиоделом.

В канун Орловско-Курской битвы в штаб 12-й гвар­дейской стрелковой дивизии прибыла группа офицеров. Командир дивизии гвардии полковник Д. К. Мальков и начальник политотдела гвардии полковник А. И. Юхов знакомились с каждым прибывшим.

— Разведчица лейтенант Попова, — доложила де­вушка. — Прибыла для прохождения дальнейшей службы.

Ирину направили в разведроту гвардии капитана В. Е. Ковтуна.

Василий Ефимович настороженно встретил лейтенан­та Попову, но деваться было некуда: сам просил при­слать нового командира взвода. Он повел Ирину пред­ставлять ее подчиненным. Разведчики, в особенности бывалые, отнеслись к ней с недоверием. «Тут мужчину бы, да покруче характером, — говорили они между со­бой.— То и дело нужен свежий «язык», которого взять не просто. Как же она будет командовать нами?»

В письме подруге от 28 сентября 1943 года Ирина По­пова писала: «…Я уже дважды побывала там, где не всякий сможет быть. Так что теперь крещена во всех возможных смыслах. В первый же раз у меня убило двух моих самых лучших ребят. Грустно, но приходится ра­доваться, что не больше…»

Эти строки Ирина написала через две недели после прибытия в разведроту. Немного прошло времени, а отношение к Поповой изменилось. В роте было неписа­ное правило: группу захвата «языка» возглавляет или командир взвода, или опытный разведчик, а остальные ее прикрывают. Ирина самое трудное взяла на себя. Разведчикам сопутствовал успех — «языков» они при­водили. Когда началось наступление наших войск под Курском и Орлом и 12-я гвардейская стрелковая диви­зия двинулась вперед, взвод Ирины Поповой был всегда в соприкосновении с противником, регулярно по рации передавал новые сведения о нем.