Гитлеровцы на по­зиции артиллеристов


Особенно трудной была атака гитлеровцев около девяти часов утра. Я со связистом Семеном Цмалоидзе лежал по одну сторону межи во ржи, с другой — расположились командир нашего отделения разведчиков сержант Федор Алексеевич Дорогин, разведчики Валентин Жарков и Василий Зайцев. На нас двигались две самоходки в со­провождении пехоты. Мы отрезали пехоту от самоходок и заставили залечь. Надвигавшуюся опасность заметили огневики — Иван Петрович Андросов и Иван Федорович Нилов. Они уничтожили обе самоходки, затем ударили осколочными по пехоте. Несмотря на это, гитлеровцы рвались вперед. Патроны в автоматах у нас подходили к концу. Тогда в ход пустили гранаты. Немцы начали обходить нас стороной — из них одни били из автоматов, другие в это время обходили. Все мы были ранены: я в голову, Цмалоидзе в руку, Зайцев в плечо, Жарков в спину. Чтобы не попасть в плен, мы решили, прикрывая друг друга, отходить к огневым позициям, но там уже были немцы. В это время на огневой у орудий начали рваться снаряды. Позже я узнал, что это батарея Енгалычева выполняла просьбу Андросова, вызвавшего огонь на себя. Вскоре лейтенант Андросов погиб в рукопашной схватке с фашистами.

Во время последней атаки гитлеровцы лезли на по­зиции артиллеристов со всех сторон. Здесь не было ни передовой, ни тыла — везде фронт, везде ожесточенный бой. Две силы столкнулись в смертельной схватке. У фа­шистов цель — прорваться любой ценой сквозь заслон советских артиллеристов к Минску, вырваться из «кот­ла», у наших воинов — преградить путь немцам на Минск, уничтожить их здесь, в «котле». Бой вели не только батареи Пустогова, Смирнова, Яковенко и Мальковца, но и орудийные расчеты батарей Енгалычева и Верещагина. Используя огромное численное превосход­ство, гитлеровцы не думали о потерях, шли напролом, обходя жаркие места. Значительное количество фашист­ских солдат и офицеров, прорвавшись через огневые позиции почти полностью погибших 1-й и 5-й батарей,

хлынули на запад, но уничтожающим огнем их встрети­ли воины 3, 4 и 6-й батарей. До последнего снаряда вели огонь орудия старших сержантов Степанова, Мамыкина, Новоселова из 3-й батареи.