Доблестные войска фюрера


После ранения Ласковского мне пришлось взять командование ротой на себя. Я знал, что для ме­ня это будет большим испытанием. До сих пор мне снятся картофельное поле за речкой Мерея на склонах высоты, убитые и раненые, их кровь и стоны, а также бегущие вперед к траншеям врага и стреляющие на ходу поль­ские и советские воины. Часто во сне я веду рукопаш­ный бой с гитлеровцами в их первой траншее, вместе со своими солдатами берем в плен первых фашистских солдат. Все это я представляю до сих пор так четко, как будто вижу перед собой сейчас.

Первую траншею гитлеровцев захватили сравнитель­но быстро, хотя и понесли большие потери. Оказалось много вражеских огневых точек, не уничтоженных во время артиллерийско-минометной подготовки, несмотря на то, что она велась в течение 100 минут.

Сержант Бронислав Плешак форсировал Мерею одним из первых и открыл по врагу огонь из ручного пулемета, чем поддержал наступающих солдат. Когда кончились в диске патроны, его подстраховали Антон Гринкевич с товарищем, прикрыли своим огнем и дали возможность Плешаку заменить диск. И снова вперед. Перед ними шесть фашистских солдат, но они почему-то не стреляют (позже выяснилось, что и у них кончились патроны, а заменить диски в автоматах не успели). По­ляки тут как тут.

— Руки вверх! — закричал сержант Плешак, напра­вив на них пулемет.

Гитлеровцы, бросив автоматы, неохотно подняли руки. Один из них улыбнулся и произнес на польском языке:

— Моя война счастливо закончилась.

— Еще посмотрим, — ответил Плешак и, обращаясь к подбежавшим двум польским солдатам, добавил: — Отведите в штаб. Там ими будут довольны.

Конвоиры увели пленных.

Связистка штаба дивизии Данута Брониславовна Сенютювна (по мужу Погорелова) рассказывала:

— Часа через полтора-два после начала наступления наши девушки-автоматчицы привели на командный пункт дивизии четырех пленных немцев. Это были пер­вые пленные гитлеровцы, захваченные костюшковцами. Среди них оказался фельдфебель. Командир дивизии генерал 3. Берлинг приказал тут же допросить его. Я присутствовала при допросе. Сначала фельдфебель вел себя высокомерно, заносчиво, не хотел отвечать на воп­росы командира дивизии, нагло кричал, что всех нас, поляков, доблестные войска фюрера уничтожат здесь, под Ленино. Тогда начальник артиллерии дивизии пол­ковник Бевзюк, находившийся на командном пункте, посоветовал командиру дивизии расстрелять фашистов.