Встреча с юностью


Александр Иванович Выборнов вдруг почувствовал как защемило сердце. От названий польских городов повеяло фронтовой гарью, которая стояла тогда, в 1945 году, над всей Польшей. Фашисты ожесточенно защи­щали каждый город, каждый бугорок земли, каждую речушку. Вместо обещанного господства над земным шаром в дом третьего рейха стучалось возмездие за все злодеяния. Александр Иванович воевал на Курской дуге, где было тоже нелегко, но здесь…

«Сколько же я не был тут? Ого, уже шестнадцать лет! Летит время, летит куда быстрее, чем любой сверх­звуковой ракетоносец»,— вздохнул ветеран. И захоте­лось пройтись летчику-фронтовику по тем местам, где начиналось его боевое становление, где он служил по­том немало лет, охраняя мир и труд не только советско­го, но и польского народов. А тут еще нынешние летчики, молодые парни, при встрече попросили: «Расскажите о себе, о фронтовых и послевоенных путях-дорогах.

«Только о чем же им рассказать? — подумал Алек­сандр Иванович, стоя под взглядами любопытных лейтенантских и капитанских глаз.— Оказывается, за плечами столько, что не сразу и выберешь самое глав­ное. Впрочем, что может быть у советского офицера самым главным в жизни? Только одно — верное служе­ние социалистической Родине!» На путь этот Алек­сандр Иванович вступил давно, еще в далеком 1938 году. Великую Отечественную войну встретил уже лет­чиком. Дрался против фашистов смело и отчаянно. Слава о мужественном воздушном бойце долетела до его земляков, каширцев. Каширские школьники пред­ложили: «Давайте соберем средства и купим Александ­ру Выборнову самолет, чтобы летчик еще сильнее бил гитлеровских захватчиков». Александр Иванович будто на форсажном режиме стал воевать — так окры­лило его доверие земляков, вручивших ему истребитель с надписью «Каширский школьник».

Александр Иванович вздохнул, глядя на лица моло­дых летчиков. Они чем-то напоминали ему лица его фронтовых побратимов. Об одном из них, старшем лей­тенанте Третьякове, Александр Иванович и рассказал. Хороший был летчик, мужественный, умелый. Да ведь бой есть бой. Тем более такой, какие происходи­ли в небе Курской дуги, где советские соколы сломали хребет люфтваффе. В одной из жарких схваток фашис­ты подожгли самолет старшего лейтенанта Третьякова.