Войска Красной Армии


Офицеры штаба дивизиона предупредили началь­ников соседних эшелонов с войсками Красной Армии о возможности налета фашистской авиации на станцию Дарница и потребовали увести личный состав в укры­тия. Станция опустела. Только замерли у орудий и пуле­метов польские зенитчики в ожидании врага.

Через несколько минут над Киевом вспыхнули лучи прожекторов, которые обшаривали небо в поисках воз­душных целей. Вскоре на том берегу Днепра загремела артиллерийская канонада. Высоко в небе появились вспышки разрывов — Киев открыл заградительный огонь. В воздухе послышался гул моторов, приближаю­щийся со стороны Киева. Польский эшелон также от­крыл заградительный огонь.

Вдруг стало светло, как днем. Погасли так ярко горевшие на южном небе звезды. Оранжево-желтый свет осветил всю Дарницу. Немецкие самолеты высыпа­ли над станцией несколько десятков осветительных авиабомб, чтобы бомбардировщикам была видна цель. Заградительный огонь немедленно был прекращен, и все огневые средства эшелона перенацелены на «фонари», которые медленно опускались на парашютах. При раз­рыве снарядов вблизи осветительных бомб последние рассыпались на мелкие искорки и тухли в небе. Осве­щенность станции резко уменьшилась. Все так увлек­лись этой новой работой, что не заметили, как выныр­нул из темноты Ю-88, пикируя на скопление эше­лонов.

Помощник командира огневого взвода первой бата­реи старший сержант Поясек заметил врага, быстро подбежал к рядом стоящему на платформе орудию малого калибра, занял место первого наводчика и сов­местно с другим наводчиком, капралом Дембником, открыл огонь по врагу. Хорошо было видно, как трассы снарядов прошили самолет. И… взрыв! Самолет, объя­тый пламенем и дымом, упал неподалеку от станции. Стоявший рядом с Соколовским заместитель командира 1-й батареи подпоручник Болеслав Татарськи сказал:

— Довоевался, пся крев!

Этот первый сбитый самолет вдохновил польских воинов.

Теперь стало ясно, что фашистская авиация нанесет основной удар по скоплению поездов на станции Дар­ница, в центре которого находился польский эшелон.

Капитан Соколовский зашел в купе вагона к генера­лу А. С. Модзелевському, командующему артиллерией 1-й польской армии, который следовал с эшелоном, и доложил ему о воздушной обстановке и свое решение — принять бой с авиацией противника. Решение обосновал тем, что поляки примут удар фашистской авиации на себя и этим самым отвлекут ее от других важных объек­тов станции. Вторым не менее важным доводом было то, что участие дивизиона в бою усилит огневую мощь противовоздушной обороны Дарницы, так как эффек­тивность огня эшелона, находящегося в центре, будет гораздо выше батарей Красной Армии, расположен­ных на огневых позициях на удалении двух — пяти километров от объекта.