Штурм вражеских позиций


Поспешил подумать… Не приняли гитлеровцы бой, торопливо ушли на запад. Только усилился зенитный огонь. Похоже, фашисты, увидев незнакомые опозна­вательные знаки на «яках» и «илах», решили, что на фронт прибыла особая группа асов, от которых держать­ся лучше всего подальше. А может, и другая причина была: битые гитлеровские асы вступали в воздушный бой только тогда, когда превосходство было явным — вдвое, втрое. Тут же соотношение было один к одному…

Еще долго польские пилоты только издали видели фашистские самолеты. Уже впереди показалась пылаю­щая, истерзанная фашистами Варшава, уже начались бои за ее пригород Прагу. Польские пилоты совместно с советскими летчиками из 16-й воздушной армии штур­мовали минометные и артиллерийские позиции врага в районах Ботанического сада, Уяздовского парка, знаме­нитых Лазенек, разведывали противника возле Млоцина, Изабелина, Кола, Воли, Охоты… А это уже был за­падный берег красавицы Вислы.

Первая встреча польских летчиков с врагом в возду­хе произошла 15 октября 1944 года. В предыдущие два дня воздушная разведка обнаружила гитлеровскую танковую группировку в районе Тархомин — Хощовки — Яблонны — Новы Двор. Для ее разгрома в небо поднялись три группы по шесть «илов» из 3-го штур­мового авиационного полка и четыре «яка» из 1-го истребительного авиационного полка 1-й Польской армии. Вслед за ними взлетело еще 21 «ил» и 12 «яков». Замыкающей была пара в составе подпоручника Хаустовича и подпоручника Якубика. Три с половиной часа штурмовики непрерывно наносили бомбовые уда­ры по врагу и уничтожили три танка, пять автомашин, пять артиллерийских батарей, много живой силы. А главное — группировка была рассеяна и деморали­зована, значит, стала неспособной в ближайшее время оказать сопротивление наступающим советским и поль­ским войскам.

Во время первого вылета штурмовиков пытались атаковать четыре ФВ-190, а во время второго — два. Однако в первом случае капитан Конечны и хоронжы Лазар, а во втором — поручник Боев и хоронжы Госцюминьськи попросту отогнали гитлеровцев, которые даже не пытались сопротивляться.