Разрядка нервного напряжения летчиков


Тогда, в бою, шутка имела особое значение для разрядки нервного напряжения летчиков. Тем более по­сле столь жаркой схватки. Один бомбардировщик и три истребителя врага — таков личный итог боя Кашникова. Всего же шестерка уничтожила в тот раз пять бомбардировщиков и семь истребителей противника.

«Вот это мастера!» — с восхищением подумал Вяче­слав Кашников, только теперь, будучи летчиком, по достоинству оценив успех отца и его сослуживцев в одном воздушном бою. А ведь всего у Максимилиана Степановича за плечами 320 боевых вылетов во время которых проведено 120 воздушных боев, сбито двенад­цать гитлеровцев лично и пять — в группе. «Отцу тогда, в тысяча девятьсот сорок четвертом году, было двадцать два года,— подумал Вячеслав.— Моложе, чем я сейчас. А уже был мастером воздушного боя».

Вспомнилась старая фотография первых фронтовых лет. На ней — отец, который только что вернулся из боя и рассказывал о нем. Его внимательно, но уже с улыбками — ведь опасность позади! — слушали това­рищи: лейтенанты, младшие лейтенанты. И каждому из них — не больше двадцати: был 1942 год. Потом, когда стали старше на два — фронтовых! — года, они поднялись в небо Польши. А еще через 28 лет в него взлетел Кашников-младший.

«Вылеты-то несоизмеримые по сложности,— поду­мал Вячеслав,— но содержание их одно — то, о кото­ром поляки говорят: «За нашу и вашу свободу…»

— Кашников, на вылет! — услышал он голос ко­мандира.

А через несколько минут Кашников-младший снова последним взлетел в белесое небо. Вячеслав знал, что вслед за ним стартовал радиоуправляемый

самолет-мишень. Его атаковали, тренируясь, три впере­ди летящих товарища. Пущенные ими ракеты взры­вались не в самой мишени, а неподалеку от нее. А вот он, Кашников, должен уничтожить ее.

И вот настал момент атаки. Исчезло волнение, ос­талось одно — желание сбить цель. Это нелегко, ми­шень энергично маневрирует. «Нет, не уйдешь, не тому меня учили,— упрямо подумал летчик и старался предугадать, упредить очередной маневр цели, неуклон­но сближаясь с нею на дистанцию пуска ракет. «Пора!» Одна ракета сошла с направляющих. Самолет кач­нуло. Удержал в заданном режиме полета. «Для вер­ности надо вторую!» — мелькнула мысль. Еще пуск! Очень хотелось посмотреть на мишень не в прицел, а визуально, но пока нельзя. Сдержал себя. Потом, когда понял, что прицеливание выполнено точно, ввел самолет в разворот и только тогда посмотрел вправо. Вот он, самолет-мишень, еще летит. И в то же мгновение — два, один за другим, взрыва. «Нет, тут добивать нечего»,— довольно усмехнулся гвардии старший лейтенант Кашников. Еще раз глянул на охваченные пламенем обломки мишени, как-то неторопливо падавшие к земле, и взял курс на свой аэродром.