План изгнания фашистов из Москвы


План предложили такой. Как только стемнеет, открыть по противнику огонь из всего оружия, которое есть в наличии: винтовок, пулеметов, орудий. А неболь­шая группа, в состав которой войдут и саперы, повезет взрывчатку к доту.

— Ну, а дальше — дело техники,— заключил Бальцев.

— Вы видели, сколько уже наших полегло на льду Сестры? — спросил командир батальона.

— Видел,— спокойно ответил старшина.— Но я и ложбинку приметил за нею. Правда, лес там жидень­кий, но пробраться можно. Я уже трижды был там, так что поведу группу сам.

Все вопросительно посмотрели на лейтенанта-сапера. Тот долго молчал, потом сказал:

— Не пробовал еще такое делать, но придется. Только уговор: как только дам зеленую ракету, сразу прекращайте всякий огонь.

Вечером началась огненная дуэль. Потом красно­армейцы бросились в ночную атаку. Белофинны вспо­лошились, открыли ураганный огонь, сосредоточив все внимание на атакующих. А Соколовский напря­женно ждал сигнала. Понимал, что в бою всякое может быть. В такой ситуации три смельчака и погибнуть могли, не добравшись до дота. Соколовский уже был готов броситься на розыски саперов, как темный купол неба прочертили три мерцающие призрачным зеленым светом ракеты. Тут же смолкли все стволы на советских позициях. Белофинны сначала продолжали вести бес­порядочную стрельбу, потом тоже смолкли, как бы согласившись перенести перестрелку на утро. И вдруг окрестности озарились фонтаном пламени, поднявше­гося из дота. Потом до советских позиций долетел грохот взрыва, который слился с громким «ура!» пехоты, бросившейся в атаку. Впрочем, в едином поры­ве на белофинские позиции ринулись и артиллеристы. Сопротивления уже не было — дот больше не существо­вал. А неподалеку от их обломков сидели двое саперов, затягиваясь дымом самокруток, и старшина Бальцев, у которого из-под шапки текла кровь. Но ранение было не опасным, и он снова стал в строй.

А Владимир Францевич со своими подчиненными снова продолжал охранять небо над советскими пози­циями.