Отцовский наказ


Младший сержант сверхсрочной службы Николай Бондаренко прихлопнул дверцу газика, положил на колени автомат и сказал водителю:

— Ну, в добрый путь!

Улыбнулся, вспомнив, что эту фразу он каждый раз произносит в начале поездки по заданному маршруту. «Не по одному и тому же пути ездим, но всегда он ока­зывается добрым, это уже обычай. И неплохой»,— с удовлетворением подумал Николай и стал сосредоточен­но наблюдать за дорогой. А она была покрыта намок­шим снегом. «Трудновато сегодня водителю»,— вздох­нул младший сержант и покосил глазами в сторону ря­дового Виктора Кленова. Тот был сосредоточен до пре­дела. Ведь он понимал какой ценный груз находится в машине и насколько важно доставить его по назначе­нию своевременно. И Кленов старался так проскочить все выбоины в подтаявшем снегу, чтобы не засесть в ка­кой-нибудь из них и не потерять драгоценного времени.

Николай продолжал смотреть на дорогу, а мысли возвращались к разговору с командиром. Последний предложил уже сейчас решить: или нести службу в звании прапорщика, или по окончании установленно­го срока распрощаться с армейской жизнью. Как быть? — вопрос сложный. Решил спросить совета у отца, который прослужил в армии двадцать семь лет.

А тот вроде бы и не заметил колебаний сына, пишет:

«Дорогой сынок! Письмо твое получили, были ему очень рады. Тем более что узнали из него немало ново­стей. Оказывается, ты с ноября не только сверхсрочно­служащий, но и работаешь на новом для тебя месте. Трудновато, говоришь? Возможно… На самостоятель­ном пути, особенно в первое время, никому легко не бы­вает, можешь мне поверить…»

«Да, бате можно поверить»,— подумал Николай. Вспомнились рассказы отца об армейской службе, геро­ическом времени, о мужественных людях, пришедших будто из народных былин. И один из них — его отец, Николай Петрович Бондаренко.

Осенью 1931 года Николай Бондаренко (старший, как подчеркивают в семье, чтобы не перепутать с Нико­лаем Бондаренко-младшим) получил в Днепропетров­ском горкоме комсомола путевку в Ейское военное авиационное училище летчиков. Через два года на стан­цию Чашкино, где жила их семья, прибыл стройный военный с «птичками» на голубых петлицах. На него с завистью поглядывали все поселковые мальчишки и девчата. Да и более степенные пожилые люди позд­равляли Петра Бондаренко. Как же, такой сын!