Опыт войны в Совет­ском Союзе


Вместе посмеялись, а потом засели за подготовку к полету.

— Противник уже научен опытом войны в Совет­ском Союзе,— заметил командир Воронину,— так что план полета надо продумать как можно тщатель­нее.

Майор Воронин решил лететь на задание в паре с младшим лейтенантом Глуховым. Большой группой идти было нецелесообразно, потому что это могло при­влечь внимание противника, который предпринял бы все меры для отражения налета. Но и одному идти нельзя — если собьют один экипаж Пе-2, то завершит выполнение задания второй. Поэтому оба экипажа го­товились так, будто каждый из них летел совершенно самостоятельно.

После взлета Воронин и Глухов набрали макси­мально большую высоту и изредка стали менять курс. Создавалось впечатление, что это обычные поисковые разведывательные полеты, дескать, увидим что-ни­будь — хорошо, не увидим — тоже ничего страшного. Поскольку высота не позволяла видеть мелкие детали наземных объектов и их демаскирующие признаки, то фашисты не только не трогали советские самолеты, но даже не обращали на них особого внимания. А потом, видно, и вовсе перестали наблюдать за ними.

В течение всего полета майор Воронин старался как можно детальнее вспомнить расположение зданий в Пя­тигорске. Он был в нем до войны, ходил и в городской театр, в котором сейчас фашисты проводили собрание. Жаль было собственными руками уничтожать народное добро. «Ничего, победим, тогда построим театр еще красивее,— подумал Иван Константинович.— Главное сейчас — как можно больше уничтожить гитлеровцев. Любой ценой!»

Воронин опознал Пятигорск с первого взгляда. И по­чти сразу обнаружил городской театр. Прибрал обороты до минимально возможных — чтобы и моторы не за­глохли, и как можно тише подойти к цели, не вспугнуть вражеских зенитчиков. Довернул самолет на театр, спросил у ведомого:

— Цель видите?

— Вижу.

Томительно тянулись секунды почти бесшумного снижения. Темнеющее небо безоблачно, в нем пока не вспыхивали взрывы зенитных снарядов. Только плыли две большие краснозвездные птицы, неся возмездие захватчику.

Наконец, штурман капитан Петров дал команду:

— Пике!

Пикирующие бомбардировщики, взревев моторами, стремительно понеслись к земле. У летчиков была только одна мыль: «Не промахнуться бы!» Вот в при­целе отчетливо вырисовались контуры театра. Московское время — 19.30. Совещание гитлеровских офи­церов в разгаре. Пора!