Дорога на Ковель


По фронтовым дорогам командир штурмового ба­тальона майор Арам Мирзоян вышел в направлении Ковеля. А тут, перед селом Шайны, заминка вышла. Гитлеровцы сидели в бетонных бункерах, расположен­ных на господствующих высотах, и простреливали все прилегающее пространство. Красноармейцы не­сколько раз поднимались в атаку, но тут же ложились под губительным фашистским огнем.

Майора Арама Мирзояна вызвали к телефону и спросили:

— Почему до сих пор не взято село Шайны?

Комбат пояснил обстановку и попросил разрешения

поискать другой выход. Дескать, люди гибнут бес­смысленно, не продвигаясь вперед ни на шаг.

В ответ в телефонной трубке сочувственно прозву­чало:

— Арам, дорогой, все понимаю. Но я тоже ничем не могу помочь тебе — приказано сейчас же поднять твой штурмовой батальон в атаку, прорвать немецкую оборону именно на этом участке, в прорыв ввести весь полк, затем дивизию и развивать наступление в на­правлении Ковеля.

— Товарищ командир, а до вечера не потерпит? Даю слово, ночью мы сделаем это проклятый прорыв. И людей, людей сбережем!

— Погоди, посоветуюсь.

Вскоре разговор продолжился.

— Ничего не хотят слушать. Прорыв только сейчас.

Вдруг трубка заговорила незнакомым голосом —

видно у командира ее выхватил его собеседник:

— О чем вы рассуждаете, майор? Хотите без потерь до Берлина дойти? Поднимайте людей в атаку!

Мирзоян вспыхнул и не сдержал себя:

— До Берлина я обязательно дойду! Но не любой ценой! Посылать подчиненных на верную и бессмыс­ленную гибель не буду!

Трубка зловеще замолчала, потом оттуда негромко, но все же слышно даже при грохоте боя прозвучало:

— Майор Мирзоян, за трусость и невыполнение приказа в боевой обстановке вы предаетесь суду воен­ного трибунала.

И снова трубка заговорила знакомым голосом ко­мандира:

— Твое решение, Мирзоян?

Арам мгновенно успокоился и ответил:

— Принимаю свое решение:  прорыв совершим

около полуночи. Пока там суд состоится, мы уже под Ковелем будем, а победителей, как известно…

— Да нет,— прервал его командир,— суд состоится сегодня, сейчас. Так что ты еще раз подумай.

— Хорошо, товарищ двенадцатый,— снова мгно­венно вспыхнул Арам.— Вы меня считаете дураком?

— С чего ты взял?

— Значит, вы считаете, что я прав?

Арам понимал, что командир не может открыто отвечать на его вопросы и ставил их так, чтобы вари­антов ответа было только два: «да» или «нет».

— Да.

— Вы меня поддержите на суде?

— Да.

— На крайний случай, если вам не удастся меня защитить, то погибну только один я, а не весь батальон. Жаль, конечно, такой смертью помирать, но что поде­лаешь? Заместителю я передам свой замысел в дета­лях, он — мужик толковый, сделает все как надо.

— За тобой конвойных присылать?

— Я — не трус! — вскипел Арам.— Сам приду!

Вскоре, в тот же день, Арам предстал перед судом.