Авиационный полк Чехословацкой национальной армии


Генерал Кравцов поднял одну из многочисленных телефонных трубок, назвал позывной, другой.

— Простите, товарищ полковник, не расслышал вашу фамилию… Очень приятно. С вами говорит на­чальник политотдела авиации Северной группы войск генерал-лейтенант авиации Кравцов. Позвоните в … авиационный полк Чехословацкой национальной армии… Да-да… Так вот, сообщите в полк, что их приглашают в гости авиаторы-гвардейцы из Северной группы войск, их давние боевые побратимы. Срок? На четыре дня, с первого по четвертое ноября вклю­чительно… Конечно, этого года, что же нам ждать до следующего. Пятнадцать человек… Извините, не понял, товарищ полковник, прошу повторить…

Лицо генерала Кравцова стало строгим, даже злым, пока он слушал ответ неизвестного полковника.

— Товарищ полковник, вам что, надоело в армии служить?.. Нет?.. Почему же вы тогда принимаете реше­ние, в котором я совершенно не нуждаюсь?.. Так вот слушайте внимательно, товарищ полковник: я позвонил вам, офицеру штаба Центральной группы войск, только потому, что вас сподручнее дозвониться до чехословац­кого авиационного полка. И в вашу компетенцию не вхо­дит обсуждение с кем бы то ни было мое приглашение чехословацких авиаторов. От вас требуется только одно: незамедлительно сообщить в полк то, о чем я сказал. В противном случае к вам будут приняты самые стро­гие меры. Все.

И положил трубку. Я честно сознался генералу в сво­их сомнениях: кто же позволит лететь самолету из од­ного государства в другое? Генерал засмеялся:

— Тогда вы скажите мне другое: а кто запрещал лететь самолету из одного государства в другое?.. Не знаете?.. Тогда идите и готовьтесь к освещению встречи друзей. А в полк я позвоню сам, чтобы это не было для них как снег на голову.

Когда накануне первого ноября офицер, ведающий перелетами, сообщил мне, что есть заявка на прилет из ЧССР одного самолета Ил-14, я еще не полностью пове­рил в предстоящую встречу чехословаков с гвардей­цами на польской земле. Мне почему-то казалось, что заявка на перелет — это еще не решение вопроса, ибо в самый последний момент кто-нибудь отменит ее. Утром первого ноября офицер, ведавший перелетами, сказал:

— Заявку из Чехословакии подтвердили. Вылет в девять ноль-ноль. Так что есть смысл выезжать на аэро­дром посадки.