Женя Руднева и Клава Серебрякова


Женя Руднева и Клава Серебрякова после выполнения задания, едва прорвавшись сквозь частокол прожекто­ров и огненных трасс зенитных пулеметов, увидели, как вспыхнул и упал на землю У-2; как только приземлились, узнали, что погибла Женя Крутова. Все, кто был на стар­те, сгрудились возле командного пункта, ждали возвра­щения остальных экипажей…

В ту ночь полк потерял четыре экипажа. Смертью героев погибли Ирина Каширина, Аня Высоцкая, Елена Сальникова, Александра Рогова, Евгения Сухорукова… И среди погибших—славная дочь белорусского народа гомельчанка Галина Докутович.

Полк продолжал вести боевые действия на Таманском полуострове, участвовал в освобождении Новороссий­ска, летчицы стали чаще получать задания по поддержке сухопутных войск.

В 1944 г. полк вошел в состав 2-го Белорусского фрон­та и расположился на одном из аэродромов. Выйдя из кабин самолетов, девушки увидели только печные тру­бы — расположенная рядом деревня была дотла сожже­на. Стоявшая рядом начальник штаба Ирина Ракобольская, прилетевшая днем раньше на транспортном само­лете, сказала:

— Не то еще увидите, девушки. В Белоруссии фаши­сты лютовали три года. Кругом горе и слезы…

Летчицы спали под самолетами, закутавшись в бре­зентовые чехлы — вокруг ни дома, ни сарая. Утром было прохладно, да и спать приходилось больше днем — ночью почти ежедневно, пока шла подготовка к наступле­нию, планировались учебные полеты. Молодые, еще не­опытные летчицы и штурманы в условиях лесисто-боло­тистой местности и малого числа световых ориентиров иногда теряли ориентировку, «блудили», поэтому-то ко­мандование полка решило основательно заняться само­летовождением, подналечь на штурманскую подготовку.

В ночь перед вылетом на боевое задание вынесли гвардейское Знамя Полка. Освещенное прожектором, оно медленно проплыло перед выстроившимся личным составом и замерло на правом фланге. Майор Бершанская произнесла короткую речь, призвала девушек без устали громить гитлеровцев, мстить за разрушенные го­рода и села Белоруссии, за смерть женщин, стариков и детей,

— У нашего боевого друга капитана Зинаиды Гор­ман,— звучал в темноте голос командира полка,— гитле­ровцы расстреляли оставшихся на оккупированной бело­русской земле родителей, а ее пятилетнего сынишку жи­вым закопали в землю. Мы будем бить врага так, как били его на Тереке, на Кубани, на Таманском полуостро­ве и в Крыму! Мы отомстим за гомельчанку Галю Докутович, мы будем мстить фашистским захватчикам за горе матерей, за слезы детей! Клянемся!