Великий подвиг Гастелло


Ил-4 снизились по команде Гастелло. Штурманы са­молетов лейтенант Анатолий Бурденюк и Анатолий Рыбас склонились над бомбоприцелами, держа руки на рычагах сбрасывателя. Небольшой доворот, и в прицеле появилась ровная цепочка машин. Анатолий нажал ры­чаг бомбасбрасывателя, а Григорий Скоробогатый и Алексей Калинин открыли огонь из пулеметов. По­зади раздались взрывы. В воздух взметнулись клубы черного дыма, обломки машин и бронетранспортеров, рыжие языки пламени горевших бензоцистерн — бомбы разорвались в центре колонны.

Гастелло развернул бомбардировщик для повторного захода и, пока машина шла в развороте, наблюдал, как метко отбомбился экипаж Федора Воробьева. Снова заход вдоль колонны и снова взрывы и снопы пламени и дыма взметнулись вверх. Ил-4 уверенно набирал высо­ту, а его экипаж наблюдал за царящей на дороге пани­кой, бушующим пожаром, охватившим разлившийся по земле из автоцистерн бензин, разбегавшимися в разные стороны гитлеровцами.

Стоявшие в стороне от дороги зенитные батареи об­стреливали пару Ил-4 непрерывно, то перенося огонь но ведущего, то на ведомого, но летчики успевали выпол­нить противозенитный маневр и уходили из опасной зоны. Дальний бомбардировщик — машина тяжелая, ее нелег­ко развернуть, чтобы уйти от снарядов зениток, но до самой последней атаки экипажам это удавалось.

Вдруг рядом с левым мотором самолета раздался взрыв, из пробитого осколком бензобака хлынул бен­зин, и огонь сразу же охватил левую плоскость. Гастелло попытался сбить пламя скольжением и бросил машину в крен. Он надеялся, что сильный встречный поток сорвет пламя, но огонь не утихал, подползая к кабине. Можно было покинуть горящую машину и спастись на парашю­тах. Спастись, а дальше?.. Плен. Мучительный и позор­ный плен. Нет! Этому не бывать! Биться до последнего удара сердца. А если ударить по скоплениям машин и бронетранспортерам самолетом? Огненным метеором таранить вражескую колонну…

Старший лейтенант Федор Воробьев видел, как объ­ятый пламенем самолет Гастелло, теряя высоту, развер­нулся и перешел на пикирование. Из горящей машины неслись пулеметные трассы: Скоробогатый и Калинин продолжали вести огонь по вражеской пехоте. Самолет, словно огромная хвостатая комета, с ревом несся к зем­ле, наводя ужас на разбегавшихся гитлеровцев. Огнен­ный шар ударился в скопление боевой техники. Раздался 32 взрыв… Десятки танков, бронеавтомобилей, автоцистерн были охвачены огнем, отовсюду доносились взрывы бое­припасов, крики раненых гитлеровцев… Пожар бушевал несколько часов. Движение по дороге было надолго остановлено.