Первый день войны


В первый день войны поднятый по тревоге 207-й даль­небомбардировочный полк 42-й авиационной дивизии, в составе которого на боевое задание вылетел экипаж ко­мандира эскадрильи капитана Н. Ф. Гастелло, нанес бом­бовый удар по наступавшим в районе Бреста танковым колоннам гитлеровцев.

24 июня полк снова поднялся в воздух. Дальние бом­бардировщики ДБ-ЗФ (Ил-4) обрушили свой смертонос­ный груз на механизированные колонны врага, но на об­ратном маршруте десятки гитлеровских истребителей набросились на наши самолеты. Воздушные стрелки Ил-4 отразили первый удар «мессершмиттов», сбив два из них. Тогда фашистские стервятники изменили тактику — они атаковывали с разных сторон. Гастелло своевремен­но направлял огонь воздушных стрелков, концентрируя их внимание на ведущем самолете группы. Гитлеровцы, ви­димо, почувствовали, что эскадрильей управляет опыт­ный командир и потому сосредоточили огонь по машине капитана Гастелло. Как ни отбивался экипаж — силы были далеко не равные… Один мотор выведен из строя, по­вреждена топливная система, и бензин сизой струей срывался с крыльев. Вот-вот возникнет пожар. Доложив об этом по радио, экипаж получил разрешение покинуть самолет, но командир запросил «добро» на продолжение полета и посадку на своем аэродроме — раненый штур­ман не мог самостоятельно выброситься из машины и воспользоваться парашютом. Верный законам небесного братства и воинского коллектива, Гастелло не мог оста­вить в беде своего воздушного побратима и, напрягая силы, вел подбитый, полууправляемый Ил-4 на аэро­дром…

Бомбардировщик едва держался в воздухе. Из-под капотов полуразрушенного мотора вырывались шлейфы масла и бензина. Пожар мог вспыхнуть каждую минуту. В воздухе мелькали вражеские самолеты… «Только бы

не заметили гитлеровцы,— подумал Гастелло.— Увидят подбитый самолет — жди атаки «мессершмиттов». Вчера целой стаей навалились на снижавшиеся тихоходные ТБ-3». Гастелло с трудом довернул Ил-4 и передал по переговорному устройству: «Быть всем готовым к отра­жению атак истребителей из бортового оружия!» Беда может нагрянуть со всех сторон… Так и смотри: то за по­врежденным мотором, то за воздушным пространством.

Едва дотянув до своего аэродрома, Гастелло с тру­дом посадил Ил-4 на полосу и выключил мотор.

— Выходите, хлопцы! — обратился он к экипажу.— Еще полетаем, еще побьем фрицев! — Гастелло помог выйти из кабины раненому штурману, передал его под­бежавшему врачу и поспешил на доклад командиру пол­ка о выполнении боевого задания.