Мастера делать «липу»


— Извините — служба,— приложив руку к околышу фуражки, ответил капитан. «Не успел, говоришь. А орде­на успел перевесить с левой стороны груди на правую,— мелькнула мысль.— Еще один знак группе — изменить наклон фуражки. Так. Все ребята мои поняли. Будем брать. Теперь главное — определить момент».

— Сегодня ночью бандиты, переодетые в форму бойцов и командиров Красной Армии,— словно оправ­дываясь, продолжал капитан,— совершили тяжелейшее убийство. Вот и приказано проверять всех. Извините.

Документы были в порядке. Бланк командировочного предписания по форме. Печать мастичная. Дата. Роспись.

Мастера делать «липу»— не подкопаешься. Не к чему придраться. А брать рано — машин и людей у КПП ско­пилось много. Начнется перестрелка — пострадают зазря. Надо тянуть время, пока людей не поубавится. Играть до конца.

Политов почувствовал тревогу. Капитан — человек, видно, опытный. Это — не тот лейтенант, который зарился на ордена. Он незаметно посмотрел по сторонам, ста­раясь охватить взглядом всю площадку КПП, но ничего тревожного не обнаружил. «Засады вроде бы нет,— по­думал Политов, успокаивая себя.— В случае чего — хлопну капитана и — давай бог ноги».

— Все в порядке, товарищ майор,— прервал мысли Политова — Таврина капитан.— Еще раз — извините. Ва­ши документы, товарищ младший лейтенант,— он взял из рук Адамичевой — Шиловой удостоверение личности и командировочное предписание и принялся их рассматри­вать. Та же войсковая часть: оба из одного отдела. Под­пись командира военчасти одинакова. Отметка об ору­жии. Почему она держит правую руку под брезентовой накидкой? И взгляд насторожен. Шея вытянута. По до­кументам двадцать шесть лет, а на висках проступает седина. И пальцы левой руки чуть-чуть вздрагивают.

— Так вы из одного отдела? — словно невзначай спро­сил чекист, посмотрев на офицеров.

— Из одного,— хмуро ответил «майор», кося взгля­дом то на капитана, то на стоявшего рядом красноар­мейца.

— Трудновато на мотоцикле до Москвы,— посочув­ствовал чекист.— Да и дело к осени, холодновато. Спут­ницу простудите.

— Сотрудницу, вы хотели сказать, товарищ капитан,— не удержался Политов Таврин.

— Именно так. Извините. А вы в жизни гораздо кра­сивее, чем на фотографии в удостоверении,— улыбаясь, сделал комплимент женщине чекист.— Вернетесь из командировки — перефотографируйтесь. Такая красивая, а на карточке не очень.— Чекист краем глаза беспрерыв­но оценивал обстановку на КПП, дожидаясь, пока на пло­щадке останется минимум людей. Ведь предупреждал — не держит© подолгу машины. Вот неслухи, пока не проверят красноармейскую книжку, путевой лист, соот­ветствие груза — не отступят. Так и надо, ребятки, но только не сейчас. Быстрее, быстрее поворачивайтесь…