Цепь контратакующих враже­ских солдат


Расчет 45-миллиметровой пушки бил прямой навод­кой по двигавшимся среди цепи контратакующих враже­ских солдат танкам и бронетранспортерам; гитлеровцы заметили смельчаков и сосредоточили огонь на этом орудии. Один за другим погибли мужественные артилле­ристы, не покинув позиции. Из расчета остался один Петр Пономарев. Он сам заряжал «сорокапятку», прицеливал­ся и стрелял. Осколок вражеского снаряда впился в тело храбреца, но Пономарев, превозмогая боль, продолжал вести огонь по врагу. Вспыхнул двигавшийся прямо на артиллерийскую позицию танк с крестом на башне. «По­пался, бандюга,— шептал истекающий кровью боец.— Давай следующий». Петр прижался к стволу орудия, при­целился и дернул шнур. Вспыхнуло пламя еще над одним танком. Он уже с трудом видел темные, ползущие по полю громады, заставляя себя держаться; ползком под­таскивал снаряд, заряжал пушку, выжидал, пока танк повернется боком — лобовую броню «сорокапятка» не пробивала,— долго прицеливался и стрелял. Последним снарядом Пономарев подбил третий танк, когда тот, пы­таясь «проутюжить» наспех отрытые окопчики наших бойцов, развернулся, чтобы идти вдоль линии траншей и окопов. Осталась одна противотанковая граната. Петр едва держался, тяжело дышал, но взгляда с вражеских машин не спускал. Он не знал, что уже готовилась контр­атака и через четверть часа наши танкисты и артиллери­сты откроют огонь по врагу. «Поближе, поближе,— шеп­тал он потрескавшимися губами при виде надвигавшего­ся на него бронетранспортера.— Ползи, гад, ползи». Крепко сжал рукоятку, выдернул чеку, сил для броска уже не было, он едва различал бежавших на него солдат

из остановившегося бронетранспортера, решивших взять его живым. Петр глубоко вздохнул, набираясь сил, и крепко сжал потяжелевшую гранату. До него донесся гортанный крик чужого солдата:

— Рус, сдавайс.

Он молчал, ожидая приближавшихся солдат, и, когда те полукольцом окружили его, крикнул:

— Русские не сдаются! — Петр бросил гранату. Раз­дался сильный взрыв… Так погиб герой, уничтожив груп­пу гитлеровцев.

Наступавший после форсирования реки Добрицы 9-й танковый корпус огнем расчистил себе путь, уничтожив несколько вражеских танков. Наши танкисты вышли на дорогу на Бобруйск и, расстреливая в упор колонны бое­вой техники, давя гусеницами автомобили и бронетранс­портеры, повели свои боевые машины на запад.