Борьба за жизнь Саши Мамкина


Тлевшая вата и шерсть зимнего комбинезона давно жгли грудь и спину, но он ощутил жар лишь сейчас, когда удалось сбить пламя с мотора и пожар поутих; кабина была полна дыма, исходившего от обгоревшего комби­незона и унтов, от дотлевающей электропроводки, об­мотки множества трубопроводов.

Словно тяжелый планер, машина приближалась к земле, испуская из-под длинного капота мотора продол­говатые шлейфы дыма, перемешанного с короткими язы­ками огня от горящих капель бензина и масла. Самолет снижался ровно, как на учебном аэродроме, летчик стро­го выдерживал все параметры полета и хотя его обжи­гаемое тлевшим комбинезоном тело неимоверно пекло, а расплавившийся обод полетных очков до костей впил­ся в обугленное лицо, он пилотировал самолет точно по инструкции, строго соблюдая меры безопасности. Он не знал, что большая часть кожи обожжена и покрыта вол­дырями, что ноги обуглены до лодыжек, от кисти левой руки остался обуглившийся обрубок; не чувствуя боли, Саша видел только узкую полоску небольшой площадки и снижал машину в ее начало, чтобы закончить пробег самолета возле опушки леса. Он рассчитал и режим планирования, и момент выравнивания, и, когда ощутил мягкое касание шасси о поверхность земли, тело вдруг расслабилось. «Теперь можно — дети спасены. Теперь надо помочь им выйти из самолета»,— приказал он себе помутневшим от боли сознанием, попытался подняться, правой рукой снял привязные ремни, хотел было опе­реться на левую руку, но увидел вместо нее обгоревший обрубок, зашатался, взялся правой рукой за борт ка­бины…

Из кабины вылез не сразу: не было ни сил, ни точек опоры; обуглившиеся стопы ног не держали и он, вы­валившись на снег, краешком взгляда заметил сбившихся в кучу детей; их, видно, вытащила из самолета воспита­тельница, рядом лежали на снегу выползшие из контейнеров раненые. Мамкин хотел сказать им, чтобы они от­ползли подальше, но из распухших губ вырвался лишь

стон. Тогда он поднял правую руку и сделал ею не­сколько движений в сторону леса. Ползите, мол, вместе с детьми в лес, самолет может взорваться в любую ми­нуту. Его поняли — люди потянулись к лесу…

Взрыв раздался спустя несколько минут, и пламя сра­зу же охватило самолет. «Успели»,— успокоенно подумал Саша и, теряя сознание, повалился в снег. Какое-то вре­мя он катался по снегу, пытаясь затушить тлевший ком­бинезон, тыкался обгоревшим лицом в сугроб, совал туда обгоревшую кисть левой руки…

Семь дней и ночей врачи боролись за жизнь Саши Мамкина. Спасти Сашу не удалось…